Почетное первое место на пьедестале

***

POV Блейк

Этот ваш Дрю, блин... Чурбан какой-то железобетонный, ну ничем его не
прошибить! Думал, он хоть как-то отреагирует на мое скромное пожелание
встречаться где-нибудь на стороне со случайными партнерами, но нет, хрен
вам - он сразу же согласился. Похоже, ему вообще пофиг, где я и с кем.
Даже в лице не изменился, деревяшка, блин, бесчувственная. Уплетал завтрак
за обе щеки, тостом хрустел, кофе запивал...  Хочешь трахаться? Да без
проблем! Все ему нипочем. Никаких возражений не выразил, лишь поставил
условия, довольно символические, кстати сказать. Типа, с резинками
трахайся, ответственно к делу подходи, сифилис в дом не принеси и всякое
такое. А я тоже сразу с его дебильными требованиями согласился. С
резинками, так с резинками. Базара нет, буду предохраняться, дай бог, не
забеременею.

И ничем его не проймешь, как ни старайся. Уж я и так провоцировал, и этак - бестолку. Всю душу он из меня вытряс своим безразличием! Спрашиваю его прямым текстом, почему, мол, на личном фронте у тебя пустота и тьма кромешная? Почему в монахи себя записал и не трахаешься ни с кем? А он, весь из себя такой правильный и важный, что мне отвечает? Я, говорит, сим священным действом собираюсь заниматься лишь с тем, кто мне нравится... нра-вит-ся... Так мне в лоб и рубанул. Другими словами, ты, дорогой Блейк, в пролете.

Я его предельно правильно понял - мне с ним ничегошечки не выгорит. Причем
презрение так и сочилось из его сапфировых глазищ. Мол, сиди себе, говно
подзаборное, не трепыхайся, знай свое место и лишний раз не вякай.

Мне вот просто любопытно, мой драгоценный Дрю, где ж ты такого особенного
человека найдешь, если ничего вокруг, кроме работы своей не видишь?
Такого, мол, я еще не встретил... Хех? Как же ты, родной, его встретить
собираешься, если завяз по самые помидоры в бизнесе, даже взгляд
мимолетный ни на ком не останавливаешь, а про флирт невинный, вообще
молчу. Так и встречалка засохнет и отвалится!

Ты ж ни на кого, кроме пациентов внимания не обращаешь. Вокруг только
бабульки и дедульки парализованные, я да доктор Фьюри с сестрой Норой.
Выбор невелик: пациенты, по ясным причинам, отпадают сами собой, доктор
Фьюри у нас безнадежно зацикленный на сестре Норе натурал... Уж как ни
крути - а моя скромная кандидатура явно в списке лидирующих на почетное
звание партнера для красавчика Дрю. От него лишь требуется обратить на
меня свой взор.

А я ведь так старался... минут тридцать у него на плече усиленно рыдал.
Всю шею ему замусолил, даже лизнуть пару раз втихаря изловчился. Нет,
никакой реакции, ни одной задней мысли у него. Сидит себе, по спинке меня
похлопывает, успокаивает, точно ребенка пятилетнего. Домой заботливо
отвез.

Само совершенство - чистый, светлый, неземной. А может и земной, только не
мой, а для того самого, единственного и неповторимого, которого он когда-
нибудь обязательно встретит. Это, кстати, и выбешивает больше всего - то,
что он для кого-то, но не для меня.

Так я обозлился на него, ну, ей-богу, прям назло ему начал с энтузиазмом
собираться на встречу и дверь в ванную не закрывал, прям так и мылся.
Думаю, увидит меня голого, и замечательно, может, хоть что-то у него в

душе или немного пониже шелохнется... Стою прямо перед ним красивый и
сексуальный, смотри, дорогой мой, смотри внимательно, любуйся и деталей
важных не упускай.

И трусы прям перед ним надел.

Самые лучшие, кстати, выбрал от Пьера Кардена - в психоделические
цветочки. На мой взгляд, весьма эротичные. Думаю, ну уж если тебя и
цветочки не заденут, тогда я вообще не знаю, что мне с тобой делать!
Дефилирую пред ним туда-сюда в одних трусах, парфюмами брызгаюсь,
мееедленно надеваю джинсики модно порванные, в прорехи цветочки
промелькивают, и футболочка, словно параноиком в мелкую лапшу порубленная,
то и дело что-то да проскочит. Вдруг проявит желание потрогать или пирсинг
сделать? Красотища ведь...

А он ноль внимания. Сидит спокойненько, журнальчик листает, и не просто
журнальчик, заметьте, а дневник с рабочими записями. Ведь это для него
самое захватывающее чтиво, гораздо интереснее никудышного меня в
цветочках. Как ни печально признавать, но ему, походу, вообще насрать на
мою персону.

Я для него просто подопечный. Не более и не менее... Ребенок
несознательный, неумелый, ничего не знающий и не понимающий, глупый и
себе, и всем вокруг навредить гораздый. Ну и ладно, думаю, ну и бог с
тобой - пойду, другого себе найду. Ничем не хуже тебя. Кстати, мужика я
выбрал и впрямь очень на него похожего. Один типаж - пусть не сам Дрю, так
хоть кто-то, отдаленно его пленительный образ напоминающий...

Доехали до места. Захожу, смотрю, сидит хмырь. Да, действительно чем-то на
Дрю смахивающий, но... нифигашечки в душе моей не зашевелилось. Ни в
малейшей степени. Так чего-то тошно стало, хоть ложись да помирай. Что же
это такое происходит? Похоже, сколько ни жди, а никакого будущего светлого
не светит вообще! Получается, я от Дрю своего распрекрасного и морально, и
физически завишу? Как гром среди ясного неба, на меня вдруг снизошло
абсолютно четкое осознание - мне ведь абсолютно все без исключения побоку!
Безразличны... даже просто взглянуть на них не возникает желания. И хрен
знает, понравится ли мне хоть кто-нибудь? Судя по всему, вряд ли, потому
что думаю я исключительно о нем и хочу лишь его родимого и никого больше.
Залип я на Дрю прочно и, кажется, навсегда.

Ну-с, и какие у нас теперь перспективы? Есть ли хоть малейший шанс на то, что Дрю ко мне проникнется трепетными чувствами, желательно не платонического содержания? Пока лишь ясно одно - внимания он на меня в этом смысле не обращает никакого... В отношении меня у него изначально были иные планы. Он хотел меня вылечить? Ему это удалось. Хотел поставить на ноги? Поставил: работу мне дал отличную, стабильную, зарабатываю я прилично, матери долг почти уже выплатил и могу при желании уйти на свои хлеба и снять или даже купить собственное жилье. Дрю-то, по-хорошему, уже давно бы мог указать мне на дверь, но... он этого, слава боженьке, не делает. Пока не делает... Просто хочет быть уверен, что я не скачусь обратно в выгребную яму и не пущусь во все тяжкие. Лишь поэтому придерживает у себя. Когда же убедится в моей психической стабильности - он меня сразу же выпрет. Запросто. Дважды не подумав.

И как же мне, бедному, быть?

Я ведь вовсе не желаю от него выпираться... Наоборот, хочу быть с ним и
днем, и ночью, и вместе жить, и работать, и спать в одной постели, и
любить его открыто, и просто жутко, до чертиков, мечтаю, чтобы и он...
увидел во мне не только лишь своего подопечного.

И так ему намекаю, и сяк, но, увы, все мои попытки идут прахом.

Святые яйца, как же я обрадовался, когда Дрю вдруг предложил мне не идти
на встречу, а остаться с ним дома. Силы небесные... чуть сердце от счастья
из груди не выпрыгнуло. Думаю, вот! Вот они первые признаки его ко мне
неравнодушия - не хочет меня отпускать, мысль о том, что я буду с другим
ему неприятна. От радости неземной, готов был на шею ему броситься... сам
не знаю, как сдержался, лишь на ушко поинтересовался, что он мне может
предложить?

Ну и дурак же я. Идиотище с заглавной буквы! Оказывается, он лишь в телек
хотел позалипать в моей скромной компании. Саспенс свой любимый

посмотреть. И не более того.

Любые бросания на крепкую шею Дрю - напрасны. Даже массаж вшивенький мне
не сделает. Впрочем, сделает - очень толковый массаж сердца, если оно
вдруг остановится. В этом он горазд. Никакой иной близости мне с ним не
грозит.

Надо будет подобраться к нему к тепленькому... когда он сонный, взять его
в свои заботливые ручки и   ненавязчиво промассировать его потянутое
плечо. Буду каждый вечер массажами его мучать. Причин для это масса: у
него каждый день какие-нибудь травмы. Сегодня вон с утра дедушку под
двести фунтов* поймал, когда тот равновесие потерял.

Зачем, говорю, ты его подхватил, пусть бы себе падал. Согласно инструкции
нам в данной ситуации надо просто подушку ему подложить и одеялом укрыть,
чтоб не мерз и вызвать скорую или специальную бригаду. Вот пусть они и
поднимают пострадавшего. Нафига ты спину себе ломаешь? К чему это никому
не нужное самопожертвование?

А он мне, никакого, мол, в тебе сострадания, позволь я ему упасть, он бы
себе голову расшиб или селезенку порвал и в результате бы помер. Неужели
тебе вообще человека не жалко?

Жалко, конечно, но тебя, самоотверженного придурка, жальчее! Дед этот
распрекрасно почти до ста лет дожил. С таким успехом он и тебя переживет.
Ты его от травм спас, а у самого теперь рука почти не двигается!
Милосердный спаситель, прямо мать Тереза наших дней...

В общем, под этим предлогом постараюсь к нему подобраться. Буду ему делать
самые обычные массажи, безо всяких эротических намеков, пусть привыкает к
моим рукам. Глядишь, потихонечку приучу его к нахождению себя любимого в
его личном пространстве. А там, даст бог, расслабится, бдительность
потеряет... и, надеюсь, у меня появится возможность вывести наши отношения
на новый уровень.

Собственно, при всей безнадежности моих неразделенных чувств к Дрю, один
момент очень и очень согревал мне душу, - воспоминания о том, как Дрю
ворвался в паб. Сердце от счастья до сих пор теребенькает в груди
взбесившимся солнечным зайчиком. Как же эффектно он, влетев в паб,
оттолкнул от меня вонючего мужика и встал между нами. Советую, мол,
сделать кабину попроще, уважаемый.

Того аж перекосило.

Толком и не помню, что там Дрю ему говорил, потому как, в буквальном
смысле этого слова взлетел на небеса от счастья. В жизни не видел никого
круче моего Дрю. Режим подавляй и доминируй активирован!

Знаю, знаю, все я знаю - поступил он так, исключительно дабы уберечь меня
от неприятностей. Чтобы я ни в какое говно вновь не вляпался, но боже...
до чего же мне это понравилось! Самый, что ни есть рыцарь в сияющих латах.
И пусть и не на Порше, а на обычном Ауди, но мне, вот, ей-богу, никаких
поршей не нужно, свой принц на скромной тачке дороже. Хоть подобное и
невозможно, но я в него еще сильнее втемяшился. Возблагодарил всех святых
за то, что у моей матери такой прекрасный приемный братишка, который ради
любимой сестры готов спасать ее непутевого сына. Положа руку на сердце, за
всю мою недолгую, но весьма насыщенную жизнь этот эпизод был самым ярким -
он мгновенно занял почетное первое место на пьедестале лучших моментов.
Ничего прекраснее со мной еще не случалось. Остальные светлые
воспоминания, кстати замечу, тоже имели отношение исключительно к Дрю...

Прям не могу успокоиться, только об этом и думаю: дверь распахивается и
Дрю ясным соколом стремительно влетает в паб.

Глаза сияют, на губах уверенная улыбка, такая, что хрен поймешь, то ли
расцелует, или одно слово неверное скажи - и тебе кранты, голову на хрен
отгрызет. Ох... разве можно быть настолько очаровательным? Он просто
создан для того, чтобы в него влюблялись без памяти. Сам виноват!

Постоянно мне во всем помогает, поддерживает, из дерьма вытаскивает, такой
мужественный, завораживающий, горячий, прям печеная на углях картошка.
Красавчик!

---

Вернувшись после пабного приключения домой, я старался сохранять
немногословность и слегка понурый вид... Своеобразный тактический ход: во-
первых, и говорить-то особо было не о чем, а во-вторых, грусть, как
говорится, мне к лицу и может быть крайне полезна. А вдруг пожалеет и
утешать начнет? Да, не очень достойно, но на войне все средства хороши.

Удалился я в ванную, плескался под душем не менее получаса... дрочил,
снимал напряжение, вспоминая исключительно этот легендарный момент: Дрю в
сияющей ауре непобедимой крутизны интеллигентно отправляет назойливого
претендента на три золотые буквы в противоположном от меня направлении...

Пока я мылся-намывался Дрю успел приготовить вкуснейшую пасту, мою
любимую, между прочим, с креветками и оливками. Боже, так хотелось сожрать
три порции, но пришлось себя ограничивать - с невероятным трудом осилил
пару спагеттинок... Иначе бы Дрю заподозрил неладное... слишком уж я
счастлив для человека в глубокой депрессии.

Затем, с кислой миной поблагодарив за вкусный ужин, поплелся в свою
комнату.

- Малыш, ну чего ты такой унылый? - ни с того ни с сего Дрю меня
остановил. - Нафига так сильно расстраиваться без особой на то причины?

- Ну что ты вот все время лезешь, Дрю? Дай, блядь, пострадать спокойно.

- Нет, в самом деле? Какие-то высосанные из пальца пиздострадания, - не
отставал он. - Подумаешь, этот вонючка тебе не понравился. Ничего

страшного, другого найдем.Ты ж сам сказал, целая куча набежит.

Так хотелось после этих его слов морду ему набить, придурку... Правда,
броситься ему на шею и признаться во всем, хотелось больше. Сказать, да не
нужна никакая мне, блядь, куча! Только тебя хочу! Только-только-только-
только тебя-тебя-тебя люблююю! Но, разумеется, очко от страха сжалось,
сдержался.

- Дрю, поверь, я совсем не по этому поводу парюсь... Я просто устал.
Спокойной ночи.

- Если ты просто устал, это вовсе не повод отказываться от еды. Прям весь
из себя важный, как писюн бумажный. Вернись и съешь хотя бы половину
порции. Или ты хочешь, чтобы я тебя опять силой кормил? Так без проблем -
к стулу привяжу, челюсть открою и сожрешь ты у меня всю кастрюлю как
миленький!

- Дрю! Ты можешь меня не доставать? Я завтра поем! Неужели так сложно
оставить меня в покое?

- Ладно, разнеужелькался тут... так как ты у нас несчастный, грустный и
печальный иди отдыхай, но предупреждаю, дорогой, я тебя мониторю. Если
завтра повторится подобная картина, а, уж поверь, я проверю каждый твой
прием пищи, я тебе совершенно серьезно заявляю - будешь опять сидеть
привязанным к стулу и пережевывать с радостью все, что я в тебя запихну.

На том и порешили. Я удалился в свою опочивальню, правда опочивать, как бы
я ни старался, ни капельки не получилось... Ох, как же он взбесил меня
этим своим "Ну, подумаешь, кого-нибудь другого найдем".

Думаю, а вот надо было взять и все ему вывалить! Да не нужен мне, блядь,
никто другой, остолоп ты гребаный. Никого, кроме тебя я и видеть не хочу!
И на наркоту мне плевать! Завишу я только от тебя. Лишь от тебя одного и
ни от ничего другого...

Часа полтора я ворочался, потом не выдержал, поднялся, вошел в спальню
Дрю, молча залез к нему под одеяло, обнял и, уткнувшись в уютную шею,
замер, надеясь, что меня не заметили, а посему не прогонят.

- Что случилось? - негромко спросил Дрю, слава богу, без возмущений. - С
тобой все нормально или опять очередной кошмар?

- Сейчас все уже нормально... Просто хочу побыть с тобой. Можно? Обещаю не
приставать и не домогаться... Можешь спать спокойно, к члену твоему не
притронусь...

***

Заметки автора (сноски):

дедушку под двести фунтов* поймал - около ста килограмм. 200 фунтов = 90.7185 кг.

***

Конец главы 5