Неожиданная помощь

Мне хватило пары секунд, чтобы понять: передо мной действительно Эшли. Наклонившись чуть ближе, я снова окунулся в тот самый восхитительный аромат его шампуня, смешанный с легкой ноткой табачного дыма.

Русые волнистые волосы сегодня были туго затянуты в небольшой хвост на затылке, что просто нереально ему шло. Ну вот, ей-богу, еще ни разу не встречал ни одного мужика, которого бы настолько красил подобный стиль.

Строгая форма секьюрити смотрелась на нем великолепно, а в сочетании с игривым хвостиком, парадоксальным образом лишь добавляющим ему мужественности, так и вообще — офигенный, глаз не отвести вайб.

Из-под воротника белой рубашки по крепкой шее поднимались знакомые чернильные контуры крыльев. Силы небесные, как же он был хорош! Но главное — сегодня на нем не было этой чертовой маски. Наконец-то я мог беспрепятственно рассмотреть его лицо.

И ноздри, и зубы — всё, как он и уверял, в полном порядке. Никакой заячьей губы или других особых изъянов: чистая кожа, четко очерченные скулы, прямой, уверенный подбородок, чувственные, правильной формы губы.

Почти классический античный профиль, правда, с лёгкой примесью современности: чуть ниже переносицы белел аккуратный фиксирующий пластырь. Видимо, тот самый след недавней травмы, который он и прятал под маской.

Учитывая специфику его работы, не удивительно, но у меня сердце кровью облилось. Человеку с таким восхитительным лицом нужно строго-настрого запретить работать баунсером! Это же форменное кощунство — подставлять под удар то, чем так щедро наградила природа. Другие тратят состояния на пластических хирургов, пытаясь хоть на миллиметр приблизиться к подобному стандарту красоты, а Эш ничего лучше не придумал, как в вышибалы податься! Ну нет, это дело надо прекращать. При случае обязательно постараюсь направить его энергию в более мирное русло.

Но, как бы то ни было, с пластырем или без — Эш был чертовски привлекателен.

Странное ощущение, будто я знаю его целую вечность, вновь накатило на меня мощной волной.

Эш не стал долго мучить Лайла: он быстро сменил болевой захват на крепкое удержание. Перехватил локти глупого дебошира и прижал его к себе, полностью обездвижив. Лайл и рыпнуться не мог, но боли уже не испытывал. Напротив — он даже как будто расслабился в надежных объятиях красавчика-баунсера.

— Вы его знаете? Или этот человек мешает вам отдыхать?

— Эш сосредоточил на мне внимательный взгляд, но по выражению хамелеоньих глаз я никак не мог понять, узнал он меня или нет.

Вполне вероятно, что и нет... Чему удивляться? Через его руки проходят полчища клиентов, и я для него — лишь один из многих, как бы неприятно ни было это осознавать.

Я с трудом совладал с эмоциями, забурлившими от неожиданной встречи:

— К сожалению, он мне знаком, но сейчас это просто посторонний, который жутко всех бесит и действительно нам мешает.

— С каких это пор я посторонний?! — возмущенно выпалил Лайл, тщетно пытаясь обернуться к Эшу.

— Я его парень! И менять этот статус не собираюсь!

— Лайл, черт бы тебя побрал... — устало вздохнул я.

— Не позорься. Веди себя пристойно хоть раз в жизни. Ты был моим парнем. Понимаешь значение слова «был»? Поясню на всякий случай: это глагол прошедшего времени. Всё, поезд ушел. А за сталкерство можешь и под статью загреметь. Надеюсь, доступно объяснил? Исчезни. Лучше сделай это сам, иначе тебя выведут силой.

Разумеется, Лайл — всё-таки на редкость мерзкая собачонка — по-хорошему уходить не пожелал. Он начал ерепениться и дергать ногами, стараясь лягнуть Эша. Но тот, сразу видно — профи, стоял так, что Лайлу не удалось его задеть.

— Тихо-тихо, дружок, полегче, — понизив голос до вкрадчивого рокота, произнес Эш.

— Тебе нужно успокоиться. Предупреждаю по-хорошему: либо выходишь сам, либо будешь иметь дело с полицией. Прошу на выход.

— Срать я хотел и на тебя, и на твою полицию! Никуда я не пойду! — верещал Лайл, продолжая бесполезно брыкаться в стальном кольце рук.

Паршивец начинал изрядно испытывать мое терпение. Меньше всего хотелось тратить драгоценное время на его нелепые сцены. Особенно сейчас, когда я наконец-то нашел Эшли.

Нужно было поскорее избавиться от назойливого бывшего, а заодно и распрощаться с новыми знакомыми, в данную минуту крайне воодушевленно пытающихся оказать мне поддержку и коллективно отдубасить бесячего Лайла. От них прямо-таки исходило горячее стремление скрутить непрошенного гостя, вывезти куда-нибудь подальше в заболоченные вересковые пустоши и оставить его там на перевоспитание не самым добрым кровососущим насекомым. Я, разумеется, оценил их благородный порыв, но всё же стоило найти более мирный метод урегулирования конфликта.

Игнорируя натиск Оски и Макса, я обратился напрямую к Эшу:

— Не могли бы вы помочь мне вывести этого «несознательного элемента» и отправить восвояси, с глаз долой.

— С удовольствием, — кивнул Эш с легкой улыбкой, отчего на его правой щеке вспыхнула совершенно очаровательная ямочка.

Я на мгновение завис, не в силах оторвать взгляда от этой неожиданной милоты... Боже, силы небесные, кажется, я на старости лет умудрился втрескаться по самые уши. Хочу его. Именно его! Так, как никогда и никого прежде не хотел. У меня аж похолодело где-то в области диафрагмы от избытка нахлынувшего на меня чувства.

Крепко перехватив упирающегося Лайла с двух сторон, мы с Эшли потащили его к выходу. Незаметно проскользнуть не удалось: происходившие минуту назад разборки у нашего столика привлекли внимание толпы, а потому триумфальное шествие сопровождалось аплодисментами и одобрительным улюлюканьем. Похоже, Лайл ни в ком не вызвал сочувствия. Но он сам виноват: нечего было устраивать дурацкие сцены и выбешивать своим глупым поведением не только меня, но и всех окружающих. Надеюсь, он запомнится всем надолго и больше носа казать сюда не посмеет. Да и слава такая бежит впереди человека — знакомиться с ним во всех клубах поостерегутся.

Пока мы пробирались к дверям, Эш, даже не замедляя шага, скользнул пальцем по экрану смарт-часов на своем запястье, оперативно вызывая такси через клубное приложение.

— Тео, ты же сам себе противоречишь! — выдавливал из себя слезы Лайл, продолжая извиваться.

— От нашего с Роджером предложения ты отказался с миной омерзения, а в этот притон к грязным свингерам побежал без малейших проблем? Не слишком ли яркий пример когнитивного диссонанса ты демонстрируешь? У тебя явные нарушения логики, неужели ты сам этого не видишь?! Расфуфырился, одеколоном своим облился, разоделся в пух и прах! Мне вот никогда этих брендов не предлагал поносить, ни одной приличной вещички у меня не осталось!..

Полностью игнорируя поток словесной диареи, я пристально посмотрел на Эша:

— Пожалуйста, подождите со мной, пока не приедет машина. Боюсь, один я с ним не справлюсь — он вырвется и доставит еще больше хлопот.

В ответ Эш лишь сдержанно кивнул.

Вот он — долгожданный и такой неожиданно романтичный момент... Огни Принсес-стрит, прохладный эдинбургский воздух, очаровательный, притягательный, как магнит Эш. Мы вдвоем... если не считать скулящего, несносного Лайла.

Такси прибыло на удивление быстро, словно машина стояла за ближайшим углом, ожидая отмашки. Распахнув заднюю дверцу, я попытался силой усадить сопротивляющегося Лайла на сиденье.

— Тео, подожди, не делай этого, — запротестовал он.

— Я понимаю, ты обижаешься, но мы с тобой всё-таки друг другу не чужие, давай поговорим, как цивилизованные люди. Забудь ты уже про этого придурка Роджера! Считай, что наш сюрприз не удался... Тео! Просто скажи, чего ты от меня хочешь?! Извинений? Любимый, да без проблем — прости меня! Я совершил ошибку, решив, что тебе такое понравится. Тот эпизод с Роджером и сексом-то назвать нельзя, это было ужасным недоразумением. Теперь я это осознаю, понимаю и очень раскаиваюсь!

Игнорируя его проникновенный спич, я продолжал заталкивать его в салон. Мне почти удалось, но в последний момент мелкий паршивец ловко извернулся, выскользнул из моего захвата и с энтузиазмом энцефалитного клеща впился мне в губы.

К моему огромному сожалению, Эш на помощь не пришел.

— Думаю, я здесь больше не нужен, — негромко произнес он, отступая на шаг.

— Вам стоит разобраться во всем самим.

Развернувшись, он стремительно направился к дверям клуба.

Якорь мне в дышло! Вот так вот просто взял и ушел?

Как же досадно! Увидел дурацкую «семейную разборку» и, как культурный человек, решил не лезть. В эту секунду я готов был собственноручно придушить чёртова Лайла!

Я изо всех сил попытался отодрать от себя вцепившиеся в шею руки, но затолкнуть Лайла в машину никак не получалось.

Вынужден признать, в единоборствах я совсем не силен: двухчасовых тренировок пару раз в неделю в местной качалке хватает лишь на то, чтобы более-менее прилично выглядеть на пляже или поймать пару заинтересованных взглядов у бассейна, но этого вообще недостаточно, чтобы справиться с настырной «прилипалой».

Со стороны наше барахтанье, должно быть, походило на безумно страстные объятия. Так что решение Эша поскорее ретироваться в клуб вполне объяснимо... Кому приятно созерцать перепалку бывших, сопровождаемую столь нелепыми телодвижениями?

Потерявший остатки совести Лайл обкрутился вокруг меня и руками, и ногами и, судя по всему, всерьез вознамерился стать моим сиамским близнецом, сросшимся со мной в области губ.

Ситуация явно складывалась не в мою пользу, но я все еще надеялся выиграть финал этого поединка и впихнуть-таки сбесившегося Лайла на заднее сиденье. Не сдаваясь, я отчаянно придерживал ногой дверцу такси, чтобы водитель, не дай бог, не умотал без пассажира.

На что таксист, наблюдая за моими судорожными попытками, меланхолично меня успокоил:

— Не уеду, не переживай. Счетчик включен, так что буду ждать, сколько потребуется.

И как раз в тот момент, когда я подумал, что хуже быть уже просто не может, из темного переулка выплыла троица местных подростков-отморозков.

— Ох и не хрена себе! Вы только гляньте... — подал голос один из них, судя по всему, лидер.

— Совсем пидоры охренели. Стоят тут, суки, сосутся и пофигу им, что тут приличные люди ходят.

Они подошли к нам вплотную.

— Вот же ушлепки! Хотя бы на секунду друг от друга отлипли. Никаких манер, придется опять воспитывать, — главарь осклабился.

— Мелкого пидорочка трахнем, он на телочку похож, а этого выпендрежника просто скрутим и сдерем с него все его шмотки. Пусть закаляется, это, говорят, полезно.

— Гхы-гхы! — заржали его прихлебалы.

— Ты круто придумал, Боб, пусть знают свое место!

Только сейчас Лайл, почуяв реальную опасность, наконец-то отлип от моих губ, настороженно уставившись на бандюков.

— Ну что, довыпендривался? — прошипел я ему на ухо.

— Живо в машину!

С силой швырнув его на заднее сиденье, я захлопнул дверцу. Таксист, не теряя ни секунды, ударил по газам и мгновенно умотал. Сразу видно — водила тертый, в разных передрягах бывал и лишних вопросов задавать не привык.

И почему я сам в такси не запрыгнул?

Наверное, стоило тоже смыться, воспользовавшись подходящим случаем. Всё лучше, чем разбираться с «милым» подрастающим поколением под угрозой быть избитым, ограбленным и, судя по обещаниям, раздетым. Причем, вероятнее всего, догола... А на дворе, как ни крути, конец ноября — Эдинбург не Испания, валяться на асфальте в чем мать родила совсем не тянет.

Однако перспектива оказаться запертым в машине наедине с Лайлом пугала меня сильнее! Глядя вслед исчезающим габаритным огням, я облегченно выдохнул и лишь после этого просканировал окруживших меня дегенератов.

— Ты смотри, какой тут у нас супермен нарисовался! — нагло ухмыляясь, начал лидер.

— Как самоотверженно голубка своего защитил, я аж чуть не разрыдался. Ладно, не бойся, сильно бить не будем. Давай по-хорошему: гони все карточки, наличку, часики свои дорогущие, телефон... И тогда, так и быть, раздевать не станем. Всё по-честному, мы ж не звери какие. Ты мужик денежный, еще заработаешь, а нам твоя «скромная помощь» очень пригодится. Давай-давай, делись, заслужи плюсик в карму.

Засранец потянулся к моему запястью, нацелившись на часы.

— Как же приятно иметь дело с такими деловыми, а главное — разумными молодыми людьми, — произнес я ледяным тоном.

— Сколько вам? Семнадцать уже исполнилось? Тогда послушайте меня внимательно, — я извлек из заднего кармана визитку и протянул ее главарю. Тот, решив, что это банковская карта, тут же сцапал ее, пытаясь в тусклом свете рассмотреть надпись.

— Плохо видно, да? — участливо поинтересовался я.

— Позволь мне помочь. Там написано: «Теодор Келли, старший партнер адвокатской коллегии "Грэм и сыновья", специалист по уголовному праву».

Я сделал паузу, давая весу слов осесть в их пустых головах... Собственно, если быть до конца точным, то написано там было «специалист по гражданскому праву». Однако я, воспользовавшись тусклым освещением, решил слегка приукрасить для пущей острастки мелких говнюков.

— Вы ведь понимаете, что это значит? Вам всем уже есть семнадцать, а значит, по законам Шотландии вы — совершеннолетние субъекты права. Статья об «Ограблении и нападении при отягчающих обстоятельствах» в составе группы лиц — это не мелкое хулиганство. Это прямой путь в тюрьму на срок от пяти до семи лет, — я чеканил каждое слово, глядя главарю в глаза.

— И поверьте, я лично прослежу, чтобы судья не нашел ни одного смягчающего обстоятельства. Ваши физиономии уже зафиксированы камерами клуба в формате 4K.

В этот момент из дверей клуба вышел Эшли. Прижимая телефон к уху, он говорил подчеркнуто деловым, холодным тоном:

— Да, офицер, подтверждаю. Группа из трех человек, совершают попытку вооруженного грабежа прямо перед входом в «Инферно». Мы удерживаем их до вашего прибытия. Хорошо, ждем.

Сбросив вызов, он перевел взгляд на меня:

— Мистер Келли, наряд будет с минуты на минуту, патруль как раз в двух кварталах отсюда. Но если до их приезда вам потребуется помощь в... физическом удержании этих субъектов, я с удовольствием ее окажу.

Он сдержанно улыбнулся, и на его щеке на миг вспыхнула та самая сводящая меня с ума ямочка.

Несчастные, сбившиеся с праведного пути представители подрастающего поколения застыли, хмуро поигрывая желваками на неоперившихся скулах. Выражение лиц указывало на мучительный, с явным оттенком паники процесс, происходящий в их не слишком развитых мозгах.

Наконец главарь подал голос:

— Ладно, пацаны, ну их к черту, этих... Настроение пропало с ними возиться. Геморрой один, аж тошнит. Пойдем лучше к Блейку, замахнем.

«Пацаны» не заставили себя долго уговаривать. Развернувшись, они сначала двинулись неспешно, сохраняя остатки достоинства, типа, им «просто надоело», но с каждым шагом прибавляли ход, пока почти бегом не скрылись в той же подворотне, откуда явились. Словно их и вовсе не было. Растворились в тумане Эдинбурга быстрее, чем такси Лайла.

Наконец-то воцарились долгожданная тишина и покой.

— Фух, слава всем святым, убрались, — с облегчением выдохнул я.

— Уж начал опасаться, что им не хватит ума выстроить логическую цепочку и свалить по-хорошему. Думал, всё-таки полезут махать кулаками.

— Прости, Тео, — негромко произнес Эш.

Его голос в ночной тишине прозвучал удивительно мягко, почти виновато.

— Я не должен был оставлять тебя одного.

***