Ночь печенек и пиццы

— Спасибо, что позаботился об Оскаре, но на самом деле кормление гостей не входит в твои обязанности — наливая себе еще чашку кофе, я посчитал нужным расставить точки над «i».

— Мне совсем не сложно... Или «гостей не кормить» — это принципиальный момент? Значит, нужно было оставить соответствующие инструкции. А за неимением оных я поступаю на свое усмотрение. Когда твой гость появился на кухне, я подумал, будет вежливо предложить только что проснувшемуся парню хотя бы кофе. Разве плохо относиться к людям по-человечески?

— Да, в целом ты прав. По-человечески, безусловно, правильно, тем более что у него сейчас не самая белая полоса... но больше так не делай.

— У него что-то случилось?

— Ничего серьезного, просто пытается разобраться в личной жизни. Вчера полночи рыдал, душу изливал.

— Да, прекрасно понимаю. Как же иначе? Все друзья так делают. Особенно когда проблемы в личной жизни — все лежат в обнимку на одной кровати, как правило в голом виде, — паршивец опять едва сдерживал смех.

— Эшли Брюс! Мне совсем не нравятся твои намеки и тон.

— Ох, дико извиняюсь, мистер Келли, — с раскаивающимся видом произнес он. — Допустил бестактность, подобного больше не повторится.

Я ощутил нарастающее раздражение. С одной стороны атаковали колкие шуточки Эша, а с другой — моя «деловая субординация» трещала по швам из-за банальной ревности.

Попросту прервав разговор, я развернулся и ушел — вернее, сбежал в свой кабинет. Нужно было срочно заняться работой, пока меня не начало трясти от этой игры в «секретаря и начальника». Забравшись в кресло, я сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями и разобрать весь тот хаос, который принес с собой мой ночной гость. Подумать было над чем.

---

Относительно Оски предчувствия не обманули — он действительно использовал меня в своих целях. Разумеется, у него имелись на это веские причины, однако тот факт, что он, не спросясь, втянул невинного зайчика (в моём лице) в эту глупую трагикомедию, чести ему не делал. Парня по-своему немного жаль, но все эти нюни отдавали махровым инфантилизмом. Ну в самом деле, взрослый мужик, а сопли распустил в три ручья!

Всю ночь бедолага плакался, пытаясь разобраться в собственных чувствах, в которых, похоже, сильно запутался. Его веселое, ни к чему не обязывающее приключение с Эммой и Максом, начавшееся год назад, свернуло не туда, полностью утратило свою лёгкость, превратившись в лютый кошмар. По крайней мере для него — парень и впрямь мучился.

Из всей этой истории положительным моментом являлось лишь то, что лично во мне Оскар вообще не был заинтересован. Спектакль, как я и предполагал, предназначался исключительно для глаз сладкой парочки.

Честно говоря, я внутренне порадовался своему отменному шестому чувству. Вообще, интуиция в работе адвоката — огромное подспорье. Такой вот парадокс: казалось бы, всё должно строиться исключительно на фактах, но «чуйка» — великая вещь! Сколько раз я выкручивался только благодаря ей, родимой. Бывает, рассматриваешь дело, а интуиция настойчиво шепчет: «Копни-ка еще и в эту сторону, дружок». И вуаля! Всё сразу встает на свои места. И так случалось не раз и не два — я уже давно сбился со счета. Короче говоря, факты фактами, а порой весьма полезно взглянуть на них под другим углом...

Прошлой ночью Оскар, войдя в дом, разулся, слегка пошатываясь, прошел в гостиную, огляделся по сторонам.

— Ого... Твой дом, как Тардис: снаружи выглядит небольшим, но внутри пространство словно меняется, и он кажется раз в десять больше. Тебе здесь не одиноко?

— Бывает, конечно, но с завтрашнего дня ситуация изменится радикально.

Оски непонимающе воззрился на меня: — В смысле?

— Не важно, не хочу сейчас об этом. Боюсь сглазить. Я, знаешь ли, ужасно суеверный в некоторых моментах.

Оскар не настаивал. Он молча устроился в углу дивана и, прикрыв глаза, устало потер переносицу.

— Может, выпьем? — предложил он.

— Нет, мой дорогой друг, выпили мы сегодня достаточно. Надо хоть как-то прийти в себя. Приготовлю-ка я нам тонизирующий чай: крепкий, сладкий, с молоком. Пьёшь такой?

— Да. Я всё пью. Даже чай.

Я удалился на кухню, заварил отличный английский с бергамотом, расставил на подносе чашки, молочник, сахарницу и печенье, чудом отыскавшееся в шкафчике. Я не спешил, давая напросившемуся гостью время собраться с мыслями.

Оскар, как мне показалось, с удовольствием выпил подряд три чашки, съел полпачки печенья, но начинать свою исповедь не торопился.

— Ну, дорогой, давай, сосредоточься, — скрестив на груди руки, я принял вид строгого дознавателя. — Выкладывай всё как на духу. Времени у тебя было предостаточно, чтобы выстроить логически безупречную линию защиты. Крайне любопытно понять, что же сподвигло умного, взрослого человека вести себя настолько нелепо? Это же надо до чего додумался?

Я сделал паузу, вперившись в него осуждающим взглядом.

— Делать вид, будто страстно влюблен в меня, лишь для того, чтобы спровоцировать внимание со стороны Эммы и Макса? Тц-тц-тц... Оскар, это не просто непорядочно, это какой-то запредельный инфантилизм.

— Фух... Прости, — Оскар сокрушенно выдохнул. — Даже не знаю, с чего начать.

— Тут всё просто: начни с главного. С самого главного. А дальше пойдет как по маслу.

— С главного... хорошо. Я просто как ненормальный люблю Макса.

— Да твою ж налево... — пробормотал я. — Ну, собственно, анализируя всё произошедшее, я примерно так и предполагал. Просто не был уверен, в кого именно: в Эмму или в Макса. Молодец, Оскар, отличное начало. Продолжай.

— Да продолжать особо и нечего, — он неуверенно пожал плечами. — История просто до чёртиков банальна. Это только мне она кажется такой сложной и запутанной, а стоит словам повиснуть в воздухе, как сразу всё принимает оттенок тривиальности...

— Не отвлекайся, продолжай.

— Познакомился я с ними давно. Уже года полтора назад. В том самом «Инферно», гори оно синим пламенем. Правду люди говорят: знакомиться в ночных клубах и надеяться на любовь до гроба — в высшей степени нерационально. В подобных местах можно найти лишь нечто кратковременное и несерьезное. Полностью разделяю эту точку зрения... Изначально я запал на Макса. Он сразу же мне понравился. Но очень скоро, буквально через десять минут, я понял: он не один, а идет в комплекте с восхитительным довесочком в виде Эммы.

Поначалу присутствие Эммы не сильно удручало. Ну... всё это было просто новым, довольно интересным и, чего уж скрывать, приятным опытом. Я би, ничего против девушек не имею, хоть и тяготею больше к своему полу. В общем, она меня не напрягала. К тому же без неё вряд ли вообще что-то было. Макс без неё не способен функционировать! У нас ведь только, как Эмма скажет, так и будет, а сами мы решений не принимаем. Боже упаси — для этого у нас наимудрейшая и наипрекраснейшая Эмма есть, — произнес Оскар с сарказмом. — Она всё расскажет, покажет, жизни научит. Самому можно вообще ни о чем не беспокоиться — очень, знаешь ли, удобно... Как бы то ни было, мы встретились пару-тройку раз. Совместимость у всех троих, кстати сказать, замечательная... Поэтому как-то естественным образом наши рандеву перешли на регулярную основу. И всё бы было чудесно, но я вдруг понял, что начинаю терять голову из-за Макса. Слишком увлекся... Просто до безумия. И присутствие Эммы не просто досаждает, а начинает серьезно давить на нервы.

Она ведь для Макса не просто свет в окошке, а какая-то, блин, путеводная звезда, которая объяснит ему, как жить, что делать, что думать... А он абсолютно всё будет безукоризненно, не задавая лишних вопросов, исполнять! Знаешь, как меня бесит? Словами не передать, но... окончательно я расстроился не из-за этого, — Оски в порыве чувств сгрыз всё печенье из вазочки. — Ой, прости, я когда нервничаю, пожираю всё как термит, даже не замечая этого. У тебя еще что-нибудь съедобное есть?

— Можно кинуть пиццу в духовку. У меня есть замороженная пепперони из «Теско». Не фонтан, конечно, но вполне съедобно, — не дожидаясь его согласия, я отправился на кухню. — Иди за мной, пока я готовлю, дорассказываешь свою историю.

— Ты меня своей пиццей совсем с толку сбил, вообще не помню, на чем остановился... — задумчиво пробормотал Оски, послушно топая следом.

— Ты как раз собирался признаться, что же тебя окончательно расстроило.

— Правда? — Оскар удрученно вздохнул. — Чёрт, пора прекращать пить или хотя бы ограничивать количество коктейлей — в башке словно туман...

— Ну ты даешь, — уложив замороженный блин пиццы на противень, я установил двенадцать минут на таймере. — Ты объяснял, как бесит тебя тот факт, что Эмма для Макса путеводная звезда, но самое существенное — в другом.

— Ах да, вспомнил, — закивал Оскар. — Возможно, тебе покажется, что я излишне драматизирую, и, скорее всего, ты недалек от истины... Ведь на самом деле не всё так плохо. И Макс, и Эмма относятся ко мне очень хорошо. Настолько, что... их чувства можно принять за любовь. И как тут не запутаться, — Оскар устало потер переносицу, — если они оба регулярно признаются мне в любви, и я знаю — они не лгут. Они действительно сильно ко мне привязаны, но... их горячие чувства совсем не мешают им искать другого партнера в мое отсутствие! Собственно, Эмма может охотиться на кого угодно — мне плевать. Но только не Макс! Я категорически против, чтобы он в этом участвовал. Но когда меня нет рядом, они преспокойно находят того, кто поближе, и точно так же разделяют с ним постель, признаваясь в своих пылких чувствах. Ты меня понимаешь? Вспомни, ты же сам едва не оказался в их кровати.

Я неопределенно пожал плечами.

— Когда это?

— Да не так уж давно. Когда я внепланово вернулся из Дубая. Помнишь? Они ведь тебя совсем охмурили и почти затащили к себе.

— Да ну, брось. Не преувеличивай. Не могли они меня к себе затащить, потому что я бы сам туда не пошел, — заверил я его.

— Ну, если не ты, то другой побежал бы к ним с распростертыми объятиями. В два счёта! Вот на кого Эмма пальчиком своим наманикюренным укажет, тот у них в спальне и окажется. И Макс все ее предложения воспринимает как должное. A почему нет? Ведь сама Эмма, — Оски выразительно вылупил глаза и поднял вверх указательный палец, — этого пожелала! Как же меня это бесит, блин! У меня прямо пелена с глаз упала, — он остервенело вгрызся в пиццу. — Я вдруг понял, что я законченный кретин... На что я вообще надеялся? Как ненормальный, влюбился в этого мужика, а для него главное удовлетворять прихоти Эммы. Мало того, что он никогда от нее не уйдет, так еще и будет спать с кем угодно по ее указке. Получается, по большому счету, ему на меня наплевать. Правильно? Если бы ты только знал, как я устал, Тео... Мне сложно бросить их. Как бы глупо это ни звучало, но я сильно к ним привязался. К Эмме, кстати, тоже. Поверь, она не так проста, как можно подумать. Обладает редкой харизмой и знает, как влезть под кожу. А уйти от них — значит отказаться от Макса. Он меня не остановит, не пойдет следом, не будет искать. Они очень легко найдут мне замену, — Оскар тяжело вздохнул, отложив недоеденный кусок. — Ты уж прости, что втянул тебя в этот дурацкий бардак. Поверь, я не специально. Просто тогда... в тот день, когда они пытались тебя соблазнить, до меня наконец дошло — пора что-то менять. Ты показался мне идеальным вариантом. И они, да и кто угодно, поверят, что я тобой увлекся.

— С чего ты взял? — уточнил я.

— Тобой сложно не увлечься, — Оскар прямо посмотрел на меня.

— Ну еще бы, — чуть прищурившись, я с видом сердцееда-соблазнителя откинул волосы. — Никто не устоит перед таким хищником.

— Безусловно, — рассмеялся Оскар. — Но дело немного в другом: ты невероятно притягательный, к тому же, красавчик. Ты умеешь нравиться, поэтому ни у кого не возникнет сомнений, если я вдруг решу к тебе подкатывать. Я и начал за тобой усиленно ухлестывать, пытаясь действовать Максу на нервы. Но, похоже, всё впустую: он никак не отреагировал. Ему вообще плевать, и это для меня самое тяжелое.

— Да не расстраивайся ты так, — поддержал я его, подкладывая на тарелку побольше пиццы. — Всё они заметили. Макс молча наблюдал, а Эмма даже настоятельно просила меня прекратить тебя динамить, проявить побольше понимания и, по возможности, дать тебе шанс.

— Вот же сучка! Так я и думал, — Оскар помрачнел. — Закусила удила: решила сбагрить меня поскорее, потому что я ей поперек горла. Опасается, что Макс может ко мне уйти.

Я на мгновение задумался:

— На самом деле это не совсем так. Мне ее просьба показалась вполне искренней. Она заметила твой интерес ко мне. Но ее насторожило отсутствие взаимности с моей стороны. Она сказала, что они с Максом тебя любят и желают тебе счастья. Вроде, эта фраза звучала именно так: мол, если твоя любовь окажется взаимной, они будут только рады тебя отпустить, хоть это и непросто. Эмма много чего говорила, но суть заключалась именно в этом.

— Ох и не нравится мне всё это... — пробормотал Оскар. — Знаешь, я всё думал: как же спровоцировать реакцию Макса? Ну хоть какую-нибудь? Хочу докопаться до его настоящих эмоций ко мне, не постельных. И существуют ли они вообще?

— Понимаю, — кивнул я. — Чего ты от него ожидаешь? Думаешь, как только Макс узнает, что у тебя появился настоящий, отдельный он них любовник... это расшевелит в нем какие-то там чувства, если предположить, что они вообще есть, и сподвигнет на радикальные действия?

— Нет, Тео... — откинувшись на спинку стула, Оскар блекло улыбнулся. — Наличие любовника ни на что его не сподвигнет. Для него одним сексуальным партнером больше или меньше — особой роли не играет и мало чем отличается от случайного знакомства в клубе. А вот... — сделав паузу, он многозначительно повел бровями, — наличие бойфренда, с которым мы питаем друг к другу серьезные чувства... Вот тут, возможно, Макс и проявит свое истинное ко мне отношение. Хотя гарантий, конечно, нет.

— Оскар, постой, — до меня вдруг начало доходить, к чему он клонит. — Ты же не хочешь сказать, что запланировал меня на роль своего влюбленного бойфренда?

— Именно это, Тео, я и хочу сказать. Ты как никто другой подходишь на эту роль. И сможешь сыграть ее так, что ни у кого не возникнет сомнений. И дело не в том, что ты очаровательный и красивый. Ты в первую очередь серьезный, основательный и вообще не тот, кто способен имитировать отношения. Никто не заподозрит, что ты пошел на подобную авантюру. Тео, — порывисто обхватив мои плечи, Оскар посмотрел на меня со слезами в янтарно-карих глазах, — я ради тебя что угодно сделаю, поддержу в любой ситуации. Умоляю, помоги.

Я задумался. Оскар, конечно, хитрый лис... Изображать фиктивные отношения? С одной стороны, довольно хлопотно, а с другой — может оказаться выгодным и для меня. По крайней мере, Лайл точно перестанет меня доставать, да и Эш будет чувствовать себя рядом со мной в безопасности.

— Успокойся, Оскар, — спокойно обхватив его руки, я освободил плечи от захвата. — Озвучь, пожалуйста, всё по пунктам. Как ты себе это представляешь?

В итоге из-за ночных душещипательных бдений я жутко устал. На уговоры я в конце концов поддался, и мы составили «Соглашение о намерениях». Суть нашего меморандума сводилась к созданию фиктивного союза: дважды в неделю мы встречаемся, ходим на свидания, держимся за руки и смотрим друг на друга влюблёнными глазами. Срок действия договора — три месяца. Положения о конфиденциальности и штрафные санкции за несанкционированное поведение и разглашение условий также были включены в текст. Подписали, печати поставили.

Короче, пить мне точно противопоказано — как напьюсь, так тут же какие-то стремные контракты составляю...

***