Квест «найди секретаря»

— Ты... уверен? — переспросил я, стараясь умерить хищный блеск в своих жадных глазенках. Вот он — безупречный момент. Сейчас или никогда. Не хочу себя излишне нахваливать, но партию я разыграл как по нотам: честное признание, хоть само по себе и прекрасно, могло бы всё испортить. А так — Эш сам согласился шагнуть в расставленные сети.

— Спешить с ответом не нужно, — добавил я для проформы. — Выпил ты прилично. Утро вечера мудренее, так что хорошенько подумай.

Эш медленно кивнул:

— Ты прав. Но... что, если я и на трезвую не откажусь от твоего предложения?

— Ну, тогда нет ничего проще: мы составим и подпишем договор, и ты можешь немедленно приступать к своим обязанностям. Кстати... — на секунду я замялся, но, пользуясь тем, что вино окончательно размыло границы, рискнул: — На всякий случай уточню. Эшли, ты гей?

— Тео, — он пристально посмотрел мне в глаза, и в его взгляде на миг промелькнула пугающая ясность. — Разве для нашей совместной работы это имеет какое-то особое значение?

Ух, как красиво он щелкнул меня по носу!

— Нет, разумеется, нет. Просто...

— Вот и замечательно, — Эш обезоруживающе улыбнулся. — В таком случае оставлю личную жизнь при себе. Или при таком раскладе вакансия закрыта?

— Что за вздор? Конечно, нет. Можешь не переживать — я больше никогда не подниму эту тему. Разве что ты сам когда-нибудь захочешь меня просветить.

---

Закончились наши посиделки довольно внезапно. Мы еще какое-то время обсуждали нюансы будущего контракта, не забывая подливать вино в бокалы. Признаться, это была целиком моя инициатива. Раньше за собой подобного не замечал, но тут будто с цепи сорвался — мне просто до потери совести нравилось наблюдать за пьянеющим Эшем. Ох уж эти его сияющие глазища, румянец на скулах, обезоруживающая улыбка и... ямочка на правой щеке — просто окончательно вскружила мне голову! Не знаю, как с алкоголем справлялся Эш, но в меня — может, от нервного перевозбуждения или в предвкушении перемен — вино вливалось бурлящей рекой, точно в бездонную бочку.

В самый разгар нашего импровизированного сабантуя Эш, слегка пошатываясь, поднялся с кресла:

— Мне срочно нужно в уборную. Куда идти?

Я объяснил и даже план-карту накалякал на салфетке, пометив ванную жирной звездочкой. Хотя, нарисуй мне кто такое, вряд ли бы я дошёл до искомой цели...

Эш нетвердой походкой, придерживаясь то за стену, то за мебель, направился справлять нужду. А я, уютно устроившись на своей любимой оттоманке, погрузился в сладкие грезы. Под аккомпанемент ноябрьского дождя за окном я предался меланхоличным раздумьям о том: стоит ли пункт о «совместных завтраках» вносить в должностные обязанности моего нового секретаря?

Совершенно для себя неожиданно я задремал. А когда минут через тридцать открыл глаза, с удивлением обнаружил, что Эш так и не вернулся.

Черт, надо было его все-таки проводить... Но я намеренно себя сдержал. Пойди я с ним — мне ведь непременно захотелось бы его поддержать, обнять, до туалета чуть ли не на руках донести. А там и штаны с него снять и струю в унитаз направлять... потом ненавязчиво раздеть и в душ затянуть погреться вдвоем под мощным напором горячей воды.

Еще чего доброго огреб бы в табло за такую «драгоценную» помощь, в один миг разрушив титанический труд по приручению этого дикого, свободолюбивого кота.

Почему он так чертовски нужен мне? Затрудняюсь ответить. Я пошел ва-банк, предлагая ему и кров, и работу, и решение всех проблем — только бы он был рядом. В свое оправдание могу лишь сказать: я не охотник, я — стратег. Мне не нужно разового приключения со сладким мальчиком под боком. Заманить в ловушку, побаловать свое эго, на стену повесить фото — вот он мой трофей, завтра еще поймаю? О нет, подобное сафари на неприрученных представителей семейства кошачьих вообще не для меня. Хочу, чтобы этот парень остался в моей жизни надолго...

Ну и где он? Заснул в ванной прямо на коврике? Перепутал двери и забрел в спальню? Или, что хуже, решил потихоньку смыться, испугавшись масштабов перемен? Подождав еще пару минут, я понял, что пора начинать поисковую операцию.

Судя по включенному свету в ванной, с «картой» мой ассистент разобрался — до стратегического объекта успешно добрался и даже руки помыл. На это живописно указывал мокрый кусок мыла, брошенный прямо в раковину.

На всякий случай проверил входную дверь — заперта изнутри. Слава богу, в ночь не сбежал. Стало быть, заплутал где-то на просторах моих, как он выразился, «хоромов». Я заглянул в гостевую спальню, проверил библиотеку и даже кладовую под лестницей — пусто. Кухня тоже встретила меня тишиной. Нашел я его в противоположном крыле: свернувшись калачиком, Эш крепко спал на кожаном диванчике в моем кабинете. Поздравляю, Тео Келли, квест «найди секретаря» пройден успешно!

Я замер, пожирая невинно спящего своими бесстыжими, изголодавшимися по красоте глазами. Вот сейчас не выдержу, да как поцелую! Ой нет, нельзя, я — приличный адвокат...

Видимо, ему было холодно в одной тонкой рубашке — пиджак он скинул еще в разгар нашей беседы. Почти все пуговицы, чуть ли не до пупка, оказались расстегнутыми, открывая матово-фарфоровую кожу и поднимая градус эротизма в моей воспаленной голове... О, боги, дайте мне сил справиться с искушением! Сам себе удивляюсь — откуда эта гремучая смесь из благородного рыцаря и озабоченного мартовского кота.

Усевшись по-турецки прямо на пол, я какое-то время медитировал на безмятежно спящего красавца. Умилению моему не было предела: воротник его рубашки распахнулся, обнажив стройную с отчетливо пульсирующей жилкой шею, яремную ямку, сексуально выступающую ключицу... Мои далекие от целомудрия мысли понесли меня вдаль, словно стадо диких мустангов.

Так я и сидел, пуская слюни и отчетливо осознавая: этим договором я сам себе пятку прострелил. Предположим, он протрезвеет, не передумает и останется... И каково мне будет каждый день работать с ним бок о бок, исходя на говно от желания? Как влюбить его в себя, если ему на меня плевать с высокой колокольни? Более того — я до сих пор не знаю, за какую команду он играет! Вот это я попал... Сам себе удавочку на шею накинул и затянул покрепче.

Полюбовавшись на «свет очей моих» еще минут двадцать, я решительно отмахнулся от назойливых сомнений. Всё это ерунда!

Рано или поздно разберусь с его предпочтениями. Гей он или нет — неважно. При любом раскладе я костьми лягу, но заставлю его мною заинтересоваться. Как именно? Понятия не имею, но другого выхода нет — что-нибудь придумаю.

А пока, принес из спальни теплое одеяло, подушку и, укутав, как гусеничную куколку, оставил досматривать сны.

Лично для меня ни о каком сне не могло идти и речи. Как тут уснешь, когда передо мной такая очаровательная Белоснежка мирно посапывает?

Опьянение как рукой сняло. Пил я или нет — вообще непонятно. Вспоминая батарею пустых бутылок в гостиной, я даже засомневался: неужели я причастен к их опустошению?

Необузданная энергия фонтанировала из каждой поры. Решив, не слоняться без толку, я направил удаль свою молодецкую в профессиональное русло. Тут же в кабинете, вдохновлённый уютным похрюкиванием Эшли, я составил подробный проект нашего соглашения.

Потрудился я на славу: включил в него не только стандартные условия найма, но и особые протоколы взаимодействия. Всё — от пункта о конфиденциальности и до положений о предоставлении жилого пространства и регламента совместного планирования рабочего дня. Каждая строчка была выверена до миллиметра.

Осталась самая малость — заполнить пустые графы. Сущие мелочи... Всего лишь личные данные. Окинув взглядом документ, я невольно хмыкнул: просто «Эш» или «Эшли» для контракта явно недостаточно. Нужно полное имя, фамилия, адрес последней регистрации, номер социального страхования... К этому стоило приложить скан паспорта для подтверждения гражданства, банковские реквизиты и контактные данные для официальных уведомлений.

Силы небесные... Я смотрел на эти зияющие пустотой поля, прекрасно осознавая: состояние «влюбленного безумия» толкает меня на отчаянные поступки. Предлагать дом и работу человеку, о котором официально мне не известно почти ничего? Надеюсь, это навсегда останется нашей тайной, иначе коллеги меня попросту засмеют. И, положа руку на сердце, будут совершенно правы.

Ладно, в долгий ящик откладывать не буду — предъявлю плоды своего ночного бдения прямо за завтраком.

Времени до рассвета оставалось совсем немного, а потому я решил и вовсе не ложиться. Вместо этого занялся подготовкой к процессу. На носу предварительное слушание по непростому делу о разделе корпоративных активов. То еще веселье... Однако работа спорилась, всё, за что я ни брался, давалось удивительно легко. Неужели только потому, что в паре метров от меня мирно сопел Эш?

Я не мог не заметить: Эшли в моем рабочем пространстве, среди юридических фолиантов и папок с делами выглядел совершенно естественно, словно всегда был частью моего мира. Манящий, едва уловимый аромат его кокосового шампуня гармонично смешивался с запахом старой бумаги и кожаных кресел моего кабинета.

Неужто это и есть всем известный эффект внезапной влюбленности? Давненько со мной такого не случалось... Прям крылья за спиной прорезались и хлопают, того и гляди взовьюсь к облакам! Нет, подобного безумия я за собой вообще не припоминаю.

Что ж... Если Эш на свежую голову пробежится по контракту и подпишет его — считай, дело сделано. Ловушка сработала. Мой свободолюбивый кот обретет уютный дом с хозяином, и в течение года никуда он от меня не денется. Разве только я сам, в одностороннем порядке, решу расторгнуть договор. Но это вряд ли.

В состоянии «драгоценной куколки» Эш продержался недолго. Через какое-то время ему, видимо, стало жарко: он весь расчехлился, ноги начал закидывать то на подлокотник, то на спинку дивана, руки свесил, подушку так и вовсе скинул на пол и самым невероятным образом улегся по диагонали. С необъяснимым для себя удовольствием я наблюдал, как он упрямо пытается раскинуться морской звездой на совершенно неподходящем для его габаритов диванчике. Сразу видно — непослушный был мальчишка. Не удивительно, что его в камбоджийские джунгли потянуло...

Пришлось его вновь устроить поудобнее: аккуратно укутывать одеялом в кокон и подушку возвращать под вихрастую голову.

Закончив с бумагами, я устроился в кресле напротив Эшли. Вытянул ноги, скрестил на груди руки, решив еще немного позалипать на парня, пока тот не проснулся.

Да, признаю: со стороны выглядит это довольно крипово и почти аморально — наблюдать за спящим, ничего не подозревающим человеком... Есть в этом некая доля безумия. Но я, видит бог, без малейшего грязного умысла! Просто охранял его покой. Признаться, соблазн сделать пару живописных фоток отчетливо присутствовал, но я мужественно запретил себе столь дерзкие выходки. Боже избавь! Секретарю время от времени придется на звонки с моего телефона отвечать. А спалиться по глупости на фотках? О нет, ни малейшего желания.

Не знаю как, но незаметно для себя уснул без задних ног. Хотя виной тому, скорее всего, томик «Преступления и наказания». Решил на досуге ознакомиться — один из старших партнеров на ежегодном благотворительном ужине юристов самозабвенно вещал, что, мол, каждый считающий себя образованным человек обязан хотя бы раз в жизни прочесть сие великое произведение. Я принял вызов. Сижу теперь вот, просвещаюсь — я ведь тоже, знаете ли, не пальцем деланный, кое-что смыслю в хорошей литературе.

Дошел уже до шестой главы первой части: этот шизанутый — да простят меня фанаты Достоевского — на всю голову Родион ведет тщательную подготовку к преступлению. Решил-таки грохнуть несчастную старушенцию...

Судя по тому, как лихо я отрубился, чтиво это увлекло меня совсем не в ту сторону. Спишем на огрехи перевода — наверняка в оригинале история берет за душу, а меня вырубило исключительно в силу собственной ограниченности.

Как бы то ни было, факт остается фактом: я провалился в глубокий сон. Раньше подобный эффект на меня производили только пророчества Исайи. Очнулся, бросил взгляд на часы — половина восьмого утра. Разрази меня гром! Три часа бесследно пропало из жизни, как и не бывало. А самое скверное — Эш испарился.

Диванчик на месте, а «Белоснежки» и след простыл.

Зато подушка оказалась у меня под головой, плед перекочевал на мои плечи, а «Преступление и наказание» перелетело на стол, аккуратно пристроившись по соседству с распечатанным контрактом.

Это же надо?! Столько манипуляций вокруг моей персоны, а я ни сном ни духом. Неужели меня вырубило до такой степени, что я превратился в бесчувственную колоду? А ведь всю свою жизнь я наивно полагал, будто у меня сон чуткий...

Пришлось вновь отправиться на поиски неуловимого Эша. К сожалению, на этот раз я его нигде не нашел. Входная дверь оказалась незапертой. Стало быть, ушел. Черт... Ушел и даже записки не оставил.

Его черного пиджака в гостиной тоже не было.

А жаль: забытая одежда, телефоны и тэ пэ — идеальный повод для внеплановой встречи. Но бессердечный Эш лишил меня и этой возможности. Вечерний беспорядок в гостиной как корова языком слизала. Пустые бутылки переместились в корзину для утилизации, бокалы вымылись и выстроились в правильном порядке на полках.

Уходя, Эш навел образцовый порядок. Будто и не было наших ночных посиделок.

Его бесшумный уход выбил у меня почву из-под ног. Особенно отсутствие записки царапнуло по сердцу. Вот же равнодушный паршивец! Мог бы хоть пару слов или номер свой на том же холодильнике написать! Неужели так сложно? Вон Оски намедни ужом выкручивался, лишь бы обменяться контактами. А Эшу, похоже, ничего не нужно. Не заинтересовали его ни я, ни мои щедрые предложения.

Волна разочарования окатила холодом. Такое странное чувство... Словно меня из тёплого дома выставили в пижаме под ноябрьский дождь. Машинально, только бы не проваливаться в эту ледяную пустоту, я занялся кофе. Нужно хоть что-то делать, иначе совсем паршиво. Ишь, губу-то раскатал... Самонадеянный придурок! Думал, вот он тепленький уже за пазухой, так бы и носил там всегда... А хрен вам.

Переоценил я себя. Пе-ре-о-це-нил. Привыкший к воле-вольной, Эш просто сбежал. И на что я рассчитывал?

Я ведь сразу ощутил от него этот вайб абсолютной самодостаточности. Зачем ему сдался старпёр вроде меня? Он и без должности секретаря не пропадет. В клубах, в бьюти-салонах, да при горячей поддержке бальзаковских дамочек — ему всё по плечу. Чертовски цельный характер. Слишком дорожит своей независимостью, чтобы так просто её продать.

Есть не хотелось совершенно. Решил ограничиться просто кофе. Это все от нервов. Какой-то крендель в ТикТоке с умным видом растолковывал, будто в моменты сильных переживаний желудочный сок попросту не вырабатывается, оттого и аппетит пропадает. Если так и дальше дело пойдёт, превращусь в тонкого и звонкого адвокатишку. Теряю мышечную массу, что не есть хорошо: штаны вон даже с ремнём едва на мне держатся.

Горький кофе не освежал, но помогал смириться с реальностью. Нужно как-то собраться... Завтра в суде важное слушание, а настроение — полный отстой. Чувствую себя просто как последнее говно. Будто стрёмный изврат, пытающийся обмануть ребенка.

Но ведь это совсем не так!

Эш давно не ребенок. Ему скоро двадцать семь. Да и я не такое уж и ископаемое — мне всего-то тридцать с хвостиком. Все озвученные мной предложения — искренние, без двойного дна, и проект договора — лучшее тому подтверждение.

Докатился... Даже любимый кофе меня не радует.

Внезапно хлопнувшая входная дверь заставила меня замереть. По коридору раздался звук легких шагов и в кухню вошел мой великолепный Эш. Мама дорогая... я всё ещё сплю или это действительно он? Сдержанная улыбка, мягкое сияние глаз-хамелеонов. В руках внушительных размеров пакет из Теско, полный продуктов с вызывающе торчащим из него свежим багетом. При виде парня мое сердце расплавилось, как восковая свеча. Или это были мозги? Впрочем, какая разница.

Эш прошел к столу:

— Утречка, Тео, — он начал выкладывать продукты. — Не знаю, что обычно предпочитаешь на завтрак, но в холодильнике всё давно сдохло и начало разлагаться. На это даже смотреть опасно. Я тут кое-что прикупил — нам нужно обязательно поесть после вчерашнего возлияния, иначе желудки сорвем к чертовой матери.

Забыв все слова, я молча опустился на стул...

***