Иная форма оплаты

— А мне, наоборот, интересно, — не отставал я. — Никуда не деться, издержки профдеформации. За что дом забрали? Кто? Изложи детали.

— Я и сам мало что в этой истории понимаю... — Эш залпом допил бокал. — Коттедж, в котором я родился и вырос, принадлежал матери. По завещанию он должен был отойти мне. Я на пару лет уехал в Азию — ну, знаешь, тяга к путешествиям и всё такое. Пока меня тут не было мама скоропостижно скончалась... А когда я вернулся, выяснилось, что в доме хозяйничает какой-то её «партнер», которого я в глаза не видел. И все бумаги чудесным образом уже переоформлены на него: и дом, и земля, и даже машина в гараже. Всё теперь ему принадлежит. Он меня и на порог не пустил — помахал какими-то бумаженциями перед моим носом и захлопнул дверь. С моей точки зрения — чистой воды махинация, но... под всеми актами стоят подписи матери. Настоящие, не подделки.

— М-да... гнилая история, — согласился я. — Ну и какие планы? Дом собираешься возвращать? Жалко ведь, наверное, родовое гнездо потерять?

Эш вздохнул и посмотрел на меня отстраненно спокойным взглядом: — Разумеется, жалко. Я там... вырос. Всё детство свое провел и юность. На косяке двери в кухню, наверное, до сих пор пометки моего роста — мать аж до восемнадцати лет отмечала. Но всё это теперь никому не нужная, кроме меня, лирика. Как начал зарабатывать — помогал матери гасить ипотеку. Когда меня поставили перед фактом, «мол, ты здесь никто», я просто поверить не мог! В голове не укладывалось. Сначала очень мерзко было. Злился на мать, на себя... Думал, какого черта, меня понесло в эти камбоджийские джунгли? Мог ведь и не путешествовать. Останься я дома, ничего бы не случилось. А теперь моим домом владеет совершенно посторонний козёл. И как этим всем заниматься — не знаю. У меня нет ни времени, ни сил, я просто пытаюсь выжить. Запретил себе даже думать об этом. Какой смысл душу травить? Нет дома — значит, нет. Видимо, судьба такая.

— Эш, — обхватив его лицо ладонями, я пристально посмотрел в сверкающие после выпитого алкоголя, совершенно невероятные глаза-хамелеоны. — А хочешь, я займусь твоей проблемой? Хочешь, я тебе помогу?

— Подожди, — Эш понизил голос. Он не отстранился, наоборот, чуть подался вперед и с проницательностью, удивительной для нетрезвого человека, посмотрел на меня.

— Ты можешь решить мою проблему? — произнес он с паузой после каждого слова, отчего фраза прозвучала с неприкрытым подозрением. Обхватив мои руки, он неторопливо убрал их от своего лица.

И жест, и нотки недоверия в голосе заставили меня занервничать. Голова, затуманенная алкоголем, мгновенно прояснилась — вот же черт, Тео, поспешил ты...

Слишком уж быстро ухватился за возможность привязать его к себе. А он не дурак, сразу насторожился, почуяв подвох. Сейчас, скорее всего, пошлет меня куда подальше. Пошлет — и будет прав. Ясно же, бесплатный сыр только в мышеловке: сложит два плюс два, проанализирует все мои вербальные и тактильные подкаты за вечер и... Разрази меня гром, наверняка решит, что я за свою гипотетическую помощь затребую вполне конкретную плату. В виде его пятой точки. Вот так, за одну секунду я из «благородного рыцаря на белом коне» превращусь в «хитрожопого извращугу-адвоката на викторианской оттоманке»...

Эш смотрел на меня не мигая, и я, казалось, слышал его внутренний монолог, состоящий из потока нелестных в мой адрес эпитетов.

И разве можно его в этом винить? Ведь он не так уж далек от истины... Я чуть ли не с первого взгляда запал на него и, чего греха таить, совсем был не прочь сцапать парня и в постель свою утащить. Но именно сейчас, в эту секунду, мое предложение было искренним. Оно диктовалось исключительно человеческим — почти альтруистическим — порывом.

Признаю, я совсем не против заиметь такого обалденного любовника, однако помощь предложил вовсе не для того, чтобы сделать Эша себе обязанным. Не настолько я мелочный. Парень мне действительно чертовски нравился... Так почему бы и не решить его проблему? Тем более что это вполне осуществимо. Попотеть, конечно, придется, но вероятность вернуть дом отнюдь не эфемерна.

Его грустная история, потухший взгляд... зацепили меня за живое. Да кто вообще посмел?! Какой-то расчетливый подонок, беспринципная мразь, воспользовавшись обстоятельствами, скорее всего, болезнью матери Эша, — лишил моего мальчика крыши над головой?! А вот хрен вам! Внутри всё вскипело от желания вмешаться и переписать отстойный финал.

На фоне жизненных перипетий данная ситуация казалась Эшу сложным, неразрешимым пазлом. Настоящей головной болью. Для меня же вся эта «хитроумная» схема шита белыми нитками. Я профессионал: варюсь в компоте из человеческой подлости и коварства с утра до ночи и прекрасно знаю, с какого края подступаться к таким делам.

Да... Но ведь Эшу ничего не известно о моих чистосердечных намерениях. Людям он не верит, что вполне объяснимо, учитывая его паршивый опыт. Наверняка пошлет меня сейчас туда, где солнышко не светит и птички не поют. И обижаться на него за это никак нельзя.

— Подожди, Эш, — я поспешил предупредить волну его вполне понятного негодования. — Не спеши отказываться. Ты ведь знаешь — я юрист, причем с солидным опытом. И я действительно способен решить твою проблему.

— В этом-то у меня сомнений как раз не возникает. Непонятно другое, — Эш поставил бокал на столик и, откинувшись на спинку кресла, скрестил руки на груди. Увы, язык тела красноречиво выдавал его закрытость и скрытое недовольство: — Во сколько мне это обойдется? Какова цена твоей помощи?

— О как? Ну, продолжай, — я слегка прищурился, не в силах сдержать улыбку. — Весьма любопытно, какого рода грязные мыслишки успели закрутиться в твоей голове?

— Отчего же сразу грязные? — Эш пожал плечами, но мой веселый тон, кажется, успешно сгладил вспыхнувшее между нами напряжение. — Вполне себе логичные мыслишки. И возникли они, заметь, не на пустом месте. Ты ведь, насколько я понимаю, успешный адвокат, и судя по... — он обвел взглядом гостиную, намекая на стоимость моих апартаментов, — твои гонорары впечатляют. Я такое просто не потяну. Полагаю, ты уже составил представление о моих финансовых возможностях. Я прав?

— Всё верно, продолжай, — кивнул я. — Увлекательно следить за ходом твоих мыслей.

— Выплачивать сумму мне придется в течение долгого времени. Не думаю, что ты в этом заинтересован. Стало быть, ты ждешь от меня иной... формы оплаты. Так?

— В целом, да. Твои деньги мне не нужны, и «иная форма оплаты» звучит в данном контексте корректно.

— Тео?! — с негодованием воскликнул Эш, упершись ладонями в широко расставленные колени.

Силы небесные... до чего же круто он сейчас выглядел! Настоящий тигр в прыжке, глаз не отвести. Идеальную картинку нарушил лишь короткий «пьяненький ик».

— Ты ведь даже не удосужился уточнить, гей я или нет?! — продолжал кипятиться Эш. — А если я вообще не по мужикам? Как ты можешь мне подобное предлагать? Тот факт, что я работаю в маникюрном салоне и в гей-клубе, еще ни о чем не говорит.

— Абсолютно верно, — невозмутимо согласился я. — Даже выступай ты в драг-шоу, это не делало бы тебя трансвеститом. Тут я всецело с тобой солидарен. Только вот, Эшли... — я сделал паузу, напустив на себя суховато-строгий вид. — А с чего ты вообще взял, будто я планирую заставить тебя расплачиваться телом? Безусловно, парень ты красивый, слов нет, но... Прости, дорогой, ты совсем не в моем вкусе.

Я замолчал, давая фразе осесть в его разгоряченном сознании.

— Да, ты мне, ясное дело, симпатичен. Но исключительно как человек, как возможный друг. Не хочу тебя разочаровывать, но в своей постели я тебя вообще не представляю. Так не много ли ты на себя берешь, подозревая меня в столь примитивных домогательствах?

От такого внезапного отпора Эш растерянно взмахнул густыми ресницами, на мгновение застыв.

— О... — выдохнул он, и весь его боевой запал куда-то испарился. — Я, наверно, и правда лишнего хватил... на голодный желудок. Черт знает чего себе навоображал. Прости, некрасиво получилось. Чувствую себя полным идиотом.

— Вот именно, — хохотнул я. — Твоя самокритика подоспела вовремя. Ты, конечно, парень видный, но довольно самонадеян. Отрабатывать гонорар в спальне тебе не придется, можешь не переживать. Рядом со мной твоей заднице ничего не угрожает. В сексуальном плане ты меня совершенно не интересуешь.

Я безбожно врал. Оказывается, я еще то брехло...

— Ты слишком далек от моего типажа, — продолжал вещать я, пока мой тоскливый взгляд украдкой скользил по его восхитительной фигуре. Даже одежда не скрывала это грациозное, пластичное и сильное, словно у пантеры, тело.

— Мне никогда не нравились рослые, крепкие, фактурные парни, — с трудом выдавливал я лживую сухость эпитетов.

За этот вечер я успел рассмотреть его во всех подробностях. И чем больше смотрел, тем глубже увязал. Но внешность, какой бы крутой она ни была, лишь верхушка айсберга. Его юмор, обезоруживающая открытость, манера говорить, мимика... Тысяча чертей, меня в нем заводило абсолютно всё!

Я не дурак и прекрасно понимал: сплетенная мной сеть обмана, хоть и ради далекоидущей цели, затягивает петлю у меня же на шее. Но с этим я буду разбираться позже. А сейчас, за неимением лучшего плана, я продолжал вдохновенно нести бред:

— К тому же ты значительно младше. Разница в семь лет... Нет, для меня это табу. Да и вообще, я западаю на более утонченных парней, богемного типажа, желательно старше меня, ну или хотя бы сверстников.

— Ага, — Эш криво хмыкнул. — Видел я этот твой офигенно утонченный, богемный типаж. Теперь он мне в кошмарных снах сниться будет. Не хочу показаться грубым, Тео, но у меня просто в голове не укладывается: как можно запасть на стервозную истеричку, вообще без тормозов, способную закатить такой идиотский перформанс на публике? Вот уж воистину — «утонченнее» некуда. Ужас, Тео! Ни рожи ни кожи, смотреть не на что, зато прибабах размером с Эдинбургский замок.

— Ух, черт... Ты так красочно разнес бедолагу Лайла, что мне даже послышались нотки ревности. Эш, милый мой, о вкусах не спорят, — парировал я. — Хотя ты зря так категоричен. На самом деле Лайл симпатичный и, по-своему, очарователен. Просто характер у него — полнейшее дер... В общем, характерами мы с ним не сошлись. Ну да ладно, это в прошлом.

Эш примирительно улыбнулся:

— Ладно, ты меня успокоил: задница моя рядом с тобой в безопасности. Тем не менее вопрос остается открытым: как именно мне оплачивать твои юридические услуги?

— Что ж, Эшли, — я по-деловому скрестил пальцы. — Своевременный вопрос. На самом деле мы действительно можем быть друг другу полезны.

Я вновь наполнил наши бокалы, чувствуя, как план обретает плоть:

— Как тебе известно, я расстался со своим партнером... А Лайл, какой бы подлой тварью он ни был, поддерживал в доме определенный порядок. Теперь всё это легло на мои плечи, что, согласись, непросто при моей круглосуточной занятости.

— Ага... — Эш с удовольствием отхлебнул вина. — Неужели ты хочешь, чтобы я заделался горничной и драил твои хоромы?

— Заманчиво, но нет. Для этого существуют профессионалы из клининга. Приходят раз в неделю — и шик, блеск, чистота.

— Ясно. Тогда чем еще я могу быть полезен?

— Скоро поймешь... Ух, отличное вино. Сто лет не пил с таким удовольствием. Откроем еще бутылочку?

— Не откажусь, — одобрил предложение Эш, окончательно позабыв, что утром ему вообще-то нужно быть на ногах. — Но ты не отвлекайся от темы, а то я скоро потеряю способность фокусироваться.

— Хорошо... Видишь ли, к сожалению, я распрощался не только с Лайлом, но и со своим секретарем.

— О? Тем самым бесхребетным утырком, который крутил шуры-муры с твоей истеричкой?

— Именно. В сущности, сожалею я не о расставании с ним — Роджер был тем еще говнюком. А о той помощи, которую он оказывал. Сейчас я буквально зашиваюсь без ассистента. Нанимать кого-то с улицы — долго и рискованно. К тому же на фоне последних событий у меня развилась легкая паранойя: я просто никому не доверяю.

— Подожди... — Эш замер с бокалом в руках. — Неужели ты хочешь, чтобы я стал твоим секретарем? Тео, это невозможно. У меня вообще нет никакого опыта в...

— Не перебивай, — мягко прервал я его. — Сначала выслушай. Я вижу — ты парень талантливый и хваткий, но ты зашиваешься на своих подработках. Почему бы тебе не оставить их и не перейти ко мне? Поверь, щедрыми могут быть не только дамы бальзаковского возраста после твоего волшебного педикюра.

Я помолчал, придавая сказанному деловой вес:

— Я предлагаю тебе полный компенсационный пакет: оклад, соответствующий рыночной ставке для персональных ассистентов в Эдинбурге, плюс квартальные бонусы за лояльность и сверхурочные. Это стабильность, Эш. И это в разы больше того, что ты выгрызаешь сейчас, работая на двух местах одновременно.

Думать приходилось быстро и максимально трезво. Сначала мелькнула мысль просто предложить бартер: я берусь за его дело, а он становится моим помощником. Но почти сразу одернул себя: этак бедолага будет мало чем отличаться от раба подневольного. Работать со мной — дело нешуточное, впахивать придется 24/7, поэтому труд должен быть оплачен в обязательном порядке. Однако стоило прийти к этому решению, как я столкнулся с новой проблемой: в глазах Эша предложение выглядело как аттракцион неслыханной щедрости. Я ему — работу, зарплату, бонусы, а его наследством занимаюсь бесплатно? Черт, он же не дурак, сейчас сразу скумекает, с чего вдруг я заделался таким филантропом.

На мою удачу Эш сам подсказал конструктивный выход:

— Ого... — протянул он, в его глазах блеснул интерес. — Получается, если мой оклад будет соответствовать рыночной ставке... значит, я вполне смогу оплатить твой гонорар?

— Именно так, — я кивнул, стараясь сохранять невозмутимость. — В договоре мы пропишем заранее оговоренную фиксированную сумму, а также так называемый «гонорар успеха», который ты выплатишь в случае положительного исхода дела.

Эш задумчиво нахмурился:

— Звучит и вправду заманчиво, но, Тео... я мало что в этом понимаю.

— Я и не прошу, чтобы ты сразу погрузился в бумажную волокиту, строчил ходатайства и пояснения по делу. Хотя уверен: ты и этому скоро научишься. Для начала мне нужна помощь в малом: канцелярия, организация встреч, почта, отвезти-забрать документы, купить чай-кофе в офис. А если ты еще и на звонки отвечать начнешь — буквально осчастливишь меня, ибо звонки — наше все! При этом поручения вроде химчистки или оплаты моих личных счетов в твои обязанности не входят, а потому будут оплачиваться по отдельному тарифу.

Похоже, я придумал отличную стратегию, предлагая Эшу не «спасение», а взаимовыгодную сделку. Такой подход снимал с меня ореол подозрительного благодетеля и превращал в ответственного работодателя.

Невзирая на количество выпитого, Эш слушал сосредоточенно. Он вникал, периодически кивал, и, судя по серьезному взгляду, его внутренний калькулятор уже вовсю работал.

— Более того, Эш, у тебя отпадает необходимость в аренде. Ты можешь хоть завтра переезжать сюда.

Честно говоря, предлагая пункт совместного проживания, я внутренне сжался. Думал, сейчас он опять насторожится и включит режим защиты... Но то ли вино было слишком хорошим, то ли перспектива перестать «выживать» оказалась сильнее гордости, но отказываться Эш не спешил.

— Выбирай себе любую из гостевых комнат.

— А... сколько это будет стоить?

— Собственно, мне вообще не нужна от тебя арендная плата.

— Нет, так не пойдет, — возразил Эш. Он резко качнул головой, и его волнистые волосы, давно освобожденные от стягивающей резинки, рассыпались по плечам. — Меня это не устраивает.

— Ну, если настаиваешь, можешь оплачивать счета за коммуналку. Впрочем, все детали мы зафиксируем в Трудовом соглашении и Договоре безвозмездного пользования жилым помещением, — я козырнул терминами для взаимного спокойствия. — Психологически мы подходим друг другу, — продолжал я рекламировать наш потенциальный тандем. — Рядом с тобой мне комфортно, будто я сто лет тебя знаю... В общем, Эш, думай. Я не тороплю. Как решишь, так и бу...

Эш не дал мне закончить предложение:

— Я согласен, — спокойно произнес он.

***