Chapter 11
План омежестью не отсвечивать
отсвечивать Бета: fr-sagan
После всех произошедших с ним перемен Льюис удивительным образом не погрузился в пучину депрессии. Как-то само собой принял существующее положение вещей, по той простой причине, что другого выхода у него все равно не было. Какой, скажите, смысл стенать, страдать, убиваться и мучить себя мрачными думами о вселенской несправедливости? Ведь омегой ты от этого быть не перестанешь? Ничего изменить он не мог, а излишние размышления расстраивали и мешали жить. На данный момент лучшим решением было не стенать о своей несчастной омежьей судьбе, а концентрироваться на том, чтобы побыстрее адаптироваться к этому своему новому, крайне неудобному телу. Раздумья только вредили - и без того тяжелая жизнь казалась вообще до предела отвратительной. Но не помирать же в самом деле? Разве он один такой? Живут же как-то другие, будучи омегами? И ничего. Никто в петлю не лезет. Приспосабливаются, находят смысл своему существованию, строят какую-то там карьеру и неплохо справляются. Возьмите хоть того же Лорри или этого, как его... Кевина-стилиста. Занимаются себе спокойно своим делом. Без истерик. Никто сопли на кулак не наматывает. А значит, и он не будет. Самое печальное, конечно, то, что на своих сокровенных чаяниях посвятить себя военной карьере придется поставить большой и жирнючий крест. Данный факт расстраивал Льюиса просто неимоверно, однако выпиливаться из-за этого он не собирался. Мозг естественным образом старался блокировать тяжелую информацию, сглаживать негативные мысли и концентрироваться на повседневности. Нужно было продолжать жить дальше и по возможности хорошо. Итак, что ему теперь грозит?
Из кафе его, скорее всего, попрут... Впрочем, если принимать вовремя подавители, помалкивать и омежестью своей никак не отсвечивать, то коллеги и не узнают о его новом вторичном поле. И пока новости не просочатся наружу, можно делать морду ящиком и продолжать работать. Разумеется, план - так себе, далеко не идеален, ибо в любой момент, если на него внепланово нагрянет течка, его как пить дать раскроют, и с работы он полетит к едрене фене. И что прикажете в этом случае делать? Возможно, действительно стоит прислушаться к предложению молодого Крейга и устроиться к его деду на постоянку? Старик, ясное дело, не подарок: заноза в жопе еще та, крови из него попьет. Чего уж скрывать - работенка стрессовая, но, с другой стороны, последнее время дедулька не так уж и плох. У него, странным образом, и здоровье несколько улучшилось, даже вон подвижность в ногах появилась, да и характер стал мягче. Хоть он и говнюк, но вполне сносный. К тому же жилье халявное и зарплата увеличивается аж втрое. Ради такого, может, черт с ним, пусть и попьет старикан с него кровушку, не выжрет же он его до смерти в самом деле? Однако при столь существенных плюсах присутствовало одно довольно большое 'но' - то, что случилось между ним и Оуэном прошлой ночью. Все эти ужасно неприятные вещи... Хотя правильнее будет сказать - все эти невероятно приятные вещи, но, к сожалению, весьма постыдные. Он же реально пытался этого несчастного Оуэна изнасиловать к херам собачьим! И так на него запрыгивал, и этак... "Ой, бляяядь, я ведь свою сперму ему по лицу размазывал... причем неоднократно, - Льюис аж содрогнулся от воспоминаний. - Еще и пальцы его себе в жопу запихивал! И себя ими трахааал... Надеюсь, я их ему не поломал... Боже, как стыдно - словами не передать! О люди, дайте мне яду, хочу сдохнуть, готов под землю провалиться! На фига я все вспомнил? Хорошо еще, что мужик стойкий попался - не поддался на мои омежьи провокации. За что ему огромное человеческое спасибо, низкий земной поклон. Изловчись я и завладей, не дай бог, его членом... закончилось бы все летальным исходом. Отгрыз бы на хрен его причиндалину, повесил себе на шею, как ценный трофей и отправился с чувством выполненного долга в
Национальную галерею любоваться шедеврами мирового искусства... Там бы меня тепленького в дурку и отправили... пожизненно". Даже если бы бастионы целомудренности Оуэна и впрямь пали под натиском его омежьей развращенности, и молодой господин, не выдержав, поддался искушению, другими словами, оттрахал его до смерти, - Льюис не имел бы права сказать ему и полслова упрека. Потому как... хоть и смутно, и будто сквозь сон, но сейчас-то он знал, кто из них был коварным соблазнителем. К сожалению - не Оуэн, а новоявленный, недавно вылупившийся омега с весьма блядовитым характером. Обвинять Оуэна в данном случае ему бы совесть не позволила. Впрочем, если подумать... Крейг ведь ему ничего не сказал. Вероятно, просто пожалел? Но никаких упреков, претензий, обвинений, оскорблений - вообще ничего. Реально сделал вид, будто последние двое суток между ними не было этой, мм... двусмысленности. А сам он, справедливости ради заметим, поначалу действительно ничего не помнил. А потому вполне способен продолжать изображать из себя мисс невинность и делать вид типа ничего ему неведомо, и он тут вообще ни при делах? По крайней мере в ближайшие пару дней? А позже, при удобном случае, можно будет попробовать собрать яйца в кулак и извиниться. "Да, пожалуй, так и сделаю, - решил Льюис, - приму версию Крейга. Мол, плохо мне было, потом странно себя вел, что-то там такое несусветное творил, в штаны ему пытался залезть, капризничал, пижаму отказывался надевать, в конечном итоге благополучно уснул. Вот и всё - остальное лучше упустим". В общем, как ни раздумывай, а в данную минуту ничего определенного Льюис не мог решить. В любом случае, если не получится продолжать работать в кафешке, он обоснуется у Крейгов, а если вдруг старик, не дай бог, кеды в угол кинет, или же сам он в очередную свою течку продолжит домогаться Оуэна, то... ничего уж тут не поделаешь, - придется искать другую работу. Стоило бы еще пойти куда-нибудь учиться... Вопрос куда? Льюис и сам не знал. Он всю свою сознательную жизнь был настроен исключительно на военную карьеру, так что сейчас ничего нового в голову не шло. В перспективе нужно будет запихнуть себя в какой-
нибудь колледж, а для этого нужны средства. Работу терять нельзя... На худой конец, когда уж совсем прижмет, можно устроиться у дорогого и любимого Лорри, который примет его с распростертыми объятиями в любой момент. Но, правду сказать, так он поступит в самом крайнем случае. Говорят, дружба для совместного бизнеса просто, как сглаз - она живенько прекращается, а лучшие в мире друзья превращаются в самых что ни есть реальных сук. На своей шкуре он подобного еще не испытывал и, если честно, не горел желанием. Поэтому, как бы Лорри его ни зазывал, он всегда вежливо отказывался. --- POV Льюис На работе в кафешке вроде бы никто и не заметил внезапно проснувшуюся во мне омежью сущность. Дела в целом шли нормально, как обычно... Хотя нет, что я такое говорю, брехня это всё, - совсем не как обычно! Стоял я себе спокойненько, радовался жизни, нарезал куриную грудку. И тут заходит шеф, который, кстати сказать, является совладельцем заведения, и с прискорбным видом сообщает: - Тут, ребята, такое дело... Два официанта не вышли сегодня на смену. Свалились с гриппом. Поэтому выручайте. Нам срочно нужен человек в зале. Симпатичный, расторопный, улыбчивый... на целый день. - На целый день улыбчивый? - ради хохмы уточнил я. - Да, - серьезно ответил шеф, кивнув. Как и ожидалось, волонтёрить никто не проявил желания. Все молчали, а я тоже не дурак, знаете ли, оно мне надо... даже не соизволил и взгляда от разделанной мною курицы отвести. Мол, некогда мне тут с вами ерундой заниматься, делов по горло, курица сама не нарежется. В общем, весь из себя настолько незаметный, будто меня здесь и вовсе нет. Шеф, сдвинув брови к переносице, просканировал всех грозным взглядом, остановившись, блядь, на мне. Впившись в меня маленькими, но очень проницательными, цвета бутылочного стекла глазками, он какое-то время выдерживал паузу, вероятно рассчитывая на мою отзывчивость. Я же, погрузившись в
работу с головой, продолжал активно орудовать ножом, разбирая курицу на отдельные молекулы. Наконец он не выдержал: - Льюис, - позвал он меня, - пожалуйста, перестань прикидываться шлангом, давай-ка выйдем, разговор есть. - Шеф, ну вы что? У меня же... вон целая гора мяса... Как же я ее оставлю одну неприкаянную? Она же сама не нарежется и на сковородку не прыгнет... - Льюис, эту грудку вместо тебя кто угодно нарубить может легко и непринужденно. А вот работать в зале, очаровательно улыбаться и создавать приятную атмосферу для приема пищи способен далеко не каждый. Поэтому оставь ты уже эту несчастную курицу и иди сюда! - Шеф, у меня самоотвод. - На каком основании? - Терпеть не могу официантскую работу. Вообще не мое. Да и опыта у меня фактически никакого. Боюсь наделать кучу ошибок, случайно нагрубить посетителю и даже не заметить. У вас из-за меня только проблем добавится. - Не нагрубишь. Я тебе за сегодня двойной тариф заплачу. Согласен? - Двойной? - я на секунду задумался. - Ну вот, шеф, пользуетесь вы моей добротой и безотказностью. Ладно, давайте уже вашу униформу. Переодевшись, я предстал во всей своей красе перед шефом. - А ты, оказывается, красавчик, спасибо за сотрудничество, - он одобрительно поправил на мне форму. Собственно, из формы мне выдали только выглаженную белую рубашку, а черные джинсы я надел свои кровные, вернее, Лоррины. Так удачно совпало, что выбрал именно их - обычные, без пикантных прорех и всяческих блестяшек. По утру пришлось весь его гардероб выгрести, чтоб для себя что-то приличное найти. - Тебе очень идет рубашка, но пуговицу верхнюю лучше застегнуть, иначе клиенты будут на тебя засматриваться или даже, не приведи господи, клеиться, - посоветовал он, затягивая на моих бедрах черный фартук. - Уверяю, ты не пожалеешь, что вместо кухни в зале поработаешь сегодня. А чаевые... мм, просто сказочные, - продолжал
он меня умасливать, - положишь их в свой карман и на кухню не захочешь возвращаться. Меня быстренько ввели в курс дела, сказали, что сам по ходу во всем разберусь, а если какие проблемы, сразу звать администратора. Коллеги-официанты - две девчонки и парень, обрадовались новому помощнику, барышни меня даже слегка облапали и, типа шутя, шлепнули по заднице. Ну вот, первый день в омежьем виде на работе, и уже форменный харассмент. В целом, все прошло удачно. Я почти не облажался - пару-тройку раз, не больше. Перепутал заказы. Доставил еду не на те столы. Но ничего, довольно быстро сориентировался, поменял тарелки вовремя, ничего остыть не успело. Правда, одну ошибку я допустил довольно серьезную. Притащил карри мужику... куриное, вместо вегетарианского, которое он заказывал. Вот же дурацкая ситуация! Не знаю, как я мог так мощно лажануться? И ведь сам у него заказ принимал, а на кухне почему-то приготовили с курятиной. Вашу ж мать... я ведь их предупреждал честно - официантство, это не мое. Не поверили. А мне, блин, теперь отдувайся. Альфач посмотрел в тарелку, потом поднял на меня убийственный взгляд: - Что ты мне принес? - понизив свой красивый альфячий голос, поинтересовался он. - Я не ем мяса. Только вкусных сладких омежек, вроде тебя. Я стою, внимательно его слушаю, глазками хлопаю... Потом вспомнил, что нужно улыбаться. Ну, это я могу, растянул губы в приветливейшую улыбку: - Простите, понятия не имею, как такое получилось. Может я неправильно записал? Но, в любом случае, вы сами виноваты. От моей наглости мужик аж злиться перестал: - Я виноват? Это почему же? - А потому! У вас внешность очень обманчивая. Так что уж, если и хотите кого-нибудь винить - вините её. Она реально вводит в заблуждение. - И чем же она тебя обманула? - Ну, что вы, в самом деле, будто ничего не понимаете... Вы свои бицепсы видели? Шире, чем у меня бедро. Как у альфы с бицепсами
такого размера могут быть вегетарианские предпочтения? Да в жизни не поверю! Мое сознание... или подсознание естественно отвергло такую инфу, и я машинально вместо соевого мяса ткнул в опцию "куриное филе". Мужик вдруг весело рассмеялся: - Я еще ни разу не встречал такого официанта... - Ну так и я тоже никак не мог подумать, что альфа с вашей великолепной фигурой и ростом не употребляет в пищу мяса. Разве такое возможно? Вот я как-то на автомате и сделал неправильный заказ. Прошу великодушно простить. В следующий раз не ошибусь. - А в этот раз, что мне делать? - А в этот раз, - я наклонился к нему поближе, чтобы нас не слышали другие, - если немножко подождете, я принесу вам вегетарианское карри. Хотя курица, ей-богу, гораздо полезнее и вкуснее. Более того, это филе я сам лично нарезал, пока меня из кухни в зал не выгнали... Но за качество я ручаюсь. - Ты в этом уверен? - почему-то тоже шепотом спросил он. - Абсолютно, - сладко улыбаясь, уверил я его. - Если тарелка вернется на кухню нетронутой, да еще и с жалобой... шеф лишит меня обещанной надбавки... А деньги мне очень нужны, я только ради них в зал и вышел. В общем, настоятельно рекомендую попробовать это замечательное блюдо. - Ну раз настоятельно... - альфач неожиданно мило улыбнулся. - На тебя даже жаловаться невозможно, настолько ты очаровательный омега. Скажи спасибо своей ямочке на левой щеке, точно, как у моего сына... Короче, замял я это дело, никто ничего и не узнал. Клиент кляузничать не стал. Карри он не съел, но, как это ни странно, преодолев свои высокие вегетарианские принципы, отведал пару кусочков курицы. Затем попросил принести сладкое: ванильный чизкейк и десертное вино. Поглотил это все с превеликой радостью, после чего, благослови его боженька, оставил мне двадцать фунтов чаевых... совсем нехило, я такой щедрости в жизни не видывал. В общем, все закончилось хорошо, но больше я официантить не хочу. Ну его на фиг. Суматошно это, да и опасно. Я ведь планировал тихонечко сидеть на своей жопе и не отсвечивать, а получилось, что в первый же день клиент вывел меня на чистую воду. Мгновенно понял,
что я омега. Вот уж не думал, что меня настолько легко рассекретить! С таким успехом, шеф, а заодно и вся кухня уже, блин, к завтрашнему дню узнают, кто я... --- У мистера Крейга смена прошла спокойно и продуктивно. Чувствовал я себя хорошо. Гребаный аппендицит уже не болел... ах да, это ведь, оказывается, был и впрямь не он. Сделали мы со стариком все необходимые упражнения. Вообще, он умничка последнее время, почти не сопротивляется. Когда я только начинал, старикан такое чудил, силы небесные... Руки-ноги не работали совсем, а вот речь не отказала. Лежит, как головешка, злобный такой, орет на всех ненормативной лексикой, аж заслушаешься. Потом, как-то делаю ему массаж на руках, смотрю, а он мизинцем шевелит. Я на него как поднасел, говорю, хватит орать, давай делом заниматься! Тут же выбрали с ним онлайн парочку толковых тренажеров, установили их в свободной гардеробной комнате, оплатил все, разумеется, мистер Крейг, и каждый раз, когда я на смене, уговорами и шантажом заставляю его хотя бы немного зарядку делать. И прогресс у старика наблюдается явный - он бы уже, собственно, и ходить начал, появись у него необходимая мотивация. О нашей совместной героической деятельности мы с ним даже не известили медперсонал - дедушка Крейг запретил. Сказал, что их сраное мнение ему триста лет нужно, и пока он официально не признан умственно недееспособным, то решать, делать ему упражнения или нет и какое оборудование покупать, это исключительно его личное дело. И, мол, если он захочет, то может напоследок еще и жениться, и имел он всех глубоко в... виду. Молодой Крейг, разумеется, был в курсе. Мы поставили его перед фактом, мол, вид тренажеров навевает хорошие мысли и радует глаз. Типа если сам захочешь, приходи, порадуй нас своей выносливостью. Для всех же остальных гардеробная тренажерка оставалась секретом. Таких маленьких секретиков у нас со стариком хватало - достаточно, чтобы меня с треском уволили за нарушение профессиональной этики. Однако, как ни крути, а через десять месяцев регулярных занятий руки у старика заработали. Со мной он, конечно, выпендривался, требовал, чтобы я его кормил, поил, сигарету ему
держал, а на самом деле он и сам с подобными задачами справлялся вполне сносно... Ну вот, а буквально недавно, растираю его ноги и вижу - то коленку подогнет, то стопой покрутит. Ага, дорогой мой симулянт, в ногах-то у нас подвижность! Теперь не отвертишься - добавляем перед сном упражнения для ног и через годик ты у меня на пробежку по району выходить будешь. Это, конечно, шутки, но, может, и стоит перейти к ним на постоянку? Если у меня появится больше времени... я его реально смогу на ноги поставить. В общем, мистер Крейг не капризничал, сделал все, что от него требовалось, а я за хорошее поведение его побаловал - выдал ему на десерт пару пачек вредных чипсов со вкусом лука и уксуса, которые он с удовольствием стрескал, запивая бокалом черного Гиннеса. После чего он безо всякого снотворного завалился спать. Оуэна, к сожалению, дома не было... Хотя, почему это, к сожалению? Очень даже и замечательно, что он куда-то свалил - мне и без него распрекрасно живется! Ой, пиздю... Пиздююю - фигово мне без него. По крайней мере, пока. Когда понял, что его нет, почувствовал... хрен знает, как назвать это чувство. Сложный букет, где во все 100500 оттенков серости ухмыляется душевная пустота.
Конец главы 11 Не забываем голосовать и комментировать :)