Да потому что любит она тебя

от evaewart

***

Гага открыла глаза. Раннее утро, воскресенье. Столь долгожданный выходной
в еe нынешнeй ситуации никак нельзя было назвать желанным.

"Работы нет, тренировок тоже нет, вы-ход-ной... все нормальные люди ловят
кайф, отдыхают. Убегать мне некуда, надо оставаться наедине с собой и
отдаваться на пожирание собственным мыслям. Та еще перспективка... И прока
от всех этих размышлений абсолютно никакого", - хмуро размышляла Гага.

Как ни странно, довольно богатый жизненный опыт почему-то оказался
совершенно непригодным для решения возникших проблем с Риной.

Гага потянулась в кровати... Эх, еще можно было спать и спать, но сон
покинул ее - вместе с Риной ушел под ручку. За всю прошлую неделю в сутки
получалось уснуть часа на четыре, не больше...

 Уставившись немигающим взглядом на здоровенную, чуть ли не на полстены,
черно-белую фотографию, Гага печально улыбнулась.

Похоже, в ней просыпались явные мазохистские наклонности... А как же еще
это расценивать, если, расставшись с человеком, которого любишь, вешаешь у
себя в спальне его огромную фотографию? И не просто фотографию, а в высшей
степени эротичную обнаженку? С задницей крупным планом, во всех ее
анатомических подробностях, в самом центре экспозиции...

Так, чтобы каждое утро просыпаясь и каждый вечер засыпая, у тебя была
возможность любоваться на это божество. Чтобы эта задница была последним,
что ты видишь перед уходом в мир грез, и первым, с момента возвращения в
реальность.

Да кому скажи - засмеют и у лба указательным пальцем покрутят. Гага и сама
толком не знала, зачем она, расставшись с Риной, повесила перед своими
глазами эту фотографию. Логикой здесь и не пахло. Объяснить подобный
поступок можно было исключительно психическим расстройством, обострившемся
на фоне активно развившегося мазохизма.

Однако деваться было некуда, оставалось лишь лежать в кровати и
наслаждаться видом на стене... вернее, страдать и мучиться от этого самого
вида.

Поначалу Гага просто ужасно обижалась... Ей казалось, что Рина,
жестокосердная стервозина хладнокровно играла с ней. Просто так, забавы
ради. Использовала ее для каких-то там своих артистичных, шарахнутых на
всю голову экспериментов.

Постепенно бурные эмоции улеглись, но оставалось непонимание... ведь во
всей этой истории файлы вообще не сходились! Все уж слишком странно было.
Начнем с того, что Рина тем ужасным утром выглядела не просто утомленно,
как, к примеру, после ночи активного секса. О нет, она выглядела, будто в
фильме ужасов ночку провела -  измученной, травмированной и психически, и
физически.

"Одни эти страшные багровые укусы по всему телу чего стоили, бррр..." -
 содрогнулась Гага, вспомив, как бледная Рина на слабых ногах, хромая из-

за распухшей лодыжки, прошла к шкафу и дрожащими руками быстро паковала
сумку, кусая свои воспаленные, потрескавшиеся губы и нашептывая инструкцию
к своим действиям, чтоб ни на секунду не терять фокус...

Сердце Гаги сжалось. "Это просто черт знает что! - схватилась она за
голову. - Я просто безумно люблю ее, йосип драный... безумно".

"Ну, что там ещe былo не так? Ах да - то, как Рина разговаривала со
Светиком... крайне подозрительно! Обычно так говорят не с адекватными
людьми, a с душевнобольными... Обманом отправила Светика в ванную, потом
конструктивнo, тщательно все продумав,  собиралась и сбежала... "

Чем больше Гага анализировала нюансы достославного утра, тем отчетливее понимала, - Рину надо вернуть. Ну хотя бы для того, чтобы толком обо всем случившемся поговорить. И если уж Рина действительно не питает к ней никаких чувств и не захочет иметь с ней никаких отношений - ладно, пусть так и будет.

Но поговорить по-человечески, как нормальным цивилизованным людям, им
определенно следует. Что-что, а по крайней мере один разговор Рина ей
должна! Почему Рина ей вообще ничего не сказала и даже и не попыталась
что-либо объяснить? Это и было самым непонятным в произошедшем... и самым
обидным.

"Значит, сначала она, дабы успешно сбежать, просит меня о помощи, и это, кстати сказать, довольно позитивный факт, а затем просто разворачивается, садится в такси и исчезает в неизвестном направлении... Хотя нет, было немного не так", - Гага прекрасно помнила, что на самом деле это не Рина, a она сама, не справившись со своими растрепанными нервами, не задерживаясь ни на секунду, развернулась и ушла.

"Ну и чего я сбежала? Распсиховалась и ушла гордой дурой, не оборачиваясь.
На что я надеялась? Неужели на то, что Рина побежит за мной вприпрыжку,

начнет оправдываться и посвящать в детали произошедшего? Боже,
инфантильная идиотка! Знаю ведь - Рина никогда и ни за кем не побежит.
Такая функция не входит в ее ДНК. Зачем ей за кем-то бегать, если все,
включая и меня, бегают за ней. А Рина - гордая и независимая кошка".

"Эх, и зачем я только сказала ей это дебильное "прощай"? Дура я, а не
психолог. Диплом надо, на помойку выбросить! Разыгралась в гордость. Могла
бы обнять ее,  крепко держать и никуда не отпускать... Могла бы сказать
ей, Рина, не дави психа, поговори со мной! Доверься мне, я пойму..."

В общем, сейчас, глядя на произошедшее со стороны, Гага отчетливо
понимала, - она допустила серьезную ошибку, поддавшись эмоциям и дав Рине
уйти.

Как оказалось, подумать немного в это одинокое воскресное утро, медитируя
на Рининой пятой точке крупным планом, имело смысл. С момента осознания
своей ошибки, мозг начал работать более конструктивно. Гага не знала,
удастся ей вернуть Рину или нет, но ясно было одно - она за нее еще
поборется.

---

В своей творческой студии Рина отдохнула душoй. В старшей группе они,
используя тела друг друга, создавали сложный предмет, у которого бы
прослеживался переход из статичного состояния в динамическое.

Очень смешной была группа из шести человек, которой выпало изобразить
привязанную к дереву, колышущуюся на ветру веревку. Четверо парней и две
девушки скрутились и переплелись между собой и в этом  состоянии изо всех
сил старались колыхаться на ветру...

Еще здорово получилась плывущая по волнам во время шторма лодка. Но самыми
уморительными получились "вещи, стирающиеся в стиральной машине"... Эмоции
на лицах вещей, их шок, сипение и шипение, когда они друг о друга разными
местами ударялись, заслуживали Оскара. Рина и впрямь чуть не описалась от
смеха.

Закончив занятия и переодевшись, Рина шла по холлу к выходу, где ее уже
ждал Серж. Проходя мимо двух молодых парней лет шестнадцати, не старше,
она услышала восторженную ремарку:

- Ух ты, какая крутая жопа!

Рина обернулась и, догадавшись, что сказанное относилось к ней, вернее к
ее пятой точке, пристально, как говорится, в упор, посмотрела на
потерявших чувство меры учеников. Одного она сразу узнала, но голос был
точно не его... Стало быть ляпнул это второй пацан.

- Игорек, а кто это рядом с тобой? - подойдя близко к ним, мягко спросила
она, сфокусировав свой немигающий взгляд на виновнике.

- Это Олег, он недавно у нас в группе, - немедленно сдал приятеля Игорек,
- не обращайте внимание, Рина Игоревна, он...

- Игорек, помолчи-ка, - прервала его Рина и уже напрямую обратилась к
слегка опешившему Олегу. - Значит, Олег, ты полагаешь, что моя... жопа -
крутая?

- Э... не, нет.

- Нет? То есть ты хочешь сказать, что моя жопа не крутая?

- О, нет - очень крутая, просто... Рина Игоревна, простите, я не
подумал...

- Ну так, Олег, друг мой, думать все-таки следует. Иногда это бывает
весьма полезно. Предлагаю подумать вместе! Ты затронул очень интересный
вопрос. Мне вот теперь крайне любопытно, "крутая жопа", это как? -
наступала она на парня, которыпланомерно отодвигаясь, уже влип спиной в
стенку. - Отвечай на вопрос, какими параметрами обладает крутая жопа?
Говори.

- Я... я не знаю...

- Тогда, какая же с твоей точки зрения "не крутая"?

- ... эм, толстая?

- Значит, толстая — не крутая, а худая крутая?

- Ага...

- То есть ты хочешь сказать, что у меня худая жопа?

- Нет-нет, не худая!

- Неужели толстая?

- Нет, у вас - нормальная...

- А вот это слово, которого я вообще не понимаю! - возмутилась Рина. - Что
значит "нормальная"?

- О, я не знаю, Рина Игоревна, просто простите меня. Беру свои слова
обратно.

- То есть, как это "беру свои слова обратно"? Получается, теперь у меня не
крутая жопа, что ли?

- Крутая!

- Ну так объясни мне, бога ради, от чего зависит крутизна жопы? От ее
формы? Или от объема? Или от того, как она подрагивает при ходьбе? Или от
того, какому человеку принадлежит, или от того мужская она или женская? А?
Отвечай.

Припертый к стене бедолага запаниковал, довольно мило прикусив губу:

- Рина Игоревна, я не знаю, это очень сложный вопрос!

- Вот! Вот это ты правильно сказал, Олег. Жопы - не так-то и просты. Так
что в следующий раз, прежде чем рот открывать, пожалуйста, думай. Это мой
тебе совет. Не смей оскорблять ни мою, ни чью-либо еще жопу столь
поверхностным отношением. Надеюсь, все уяснил?

Парень молча кивнул.

- Ну, так-то лучше, - аккуратно поправив ему воротник рубашки, Рина вышла
из студии.

Прыгнув в сияющую красную Хонду, Рина очаровательно улыбнулась:

- Ты готов?

- Готов.

- Заводи скорее, Серж, мы опаздываем.

- Завожу! А куда опаздываем-то?

- Как это куда? В ресторацию - водку пьянствовать. Кстати, платишь сегодня
ты. Ты кредитоспособный?

Серж хохотнул, причем это, пожалуй, впервые Рина услышала его смех -
легкий и заводной, очень приятный смех.

- Уж на что-что, Рина, а красивой девушке на водку у меня хватит.

---

Серж с Риной сидели в ночном клубе. Вероятно из-за непозднего времени
людей вокруг, даже несмотря на выходной, было совсем немного. "Наверняка,
- подумала Рина, - Серж выбрал данный клуб именно из-за отсутствия толпы,
чтобы народ ему на мозги особо не давил".

Какое-то время они молчали и, тихо глядя друг на друга, пили... oтличную, холоднющую, не разбавленную никаким соком водку. Рине уже не надо было делать вид, как перед коллегами, клиентами и учениками, что она самый счастливый и позитивный в мире человек. Перед Сержем можно было оставаться собой. Почему-то с ним она могла себе позволить вести себя естественно.

Интересно, а смогла бы она сидеть со столь мрачной физиономией, например, напротив Гаги? Так, чтоб не улыбаться, никак не поддерживать разговор и даже и не пытаться проявлять приветливость... Смогла бы? Вот так вот угрюмо, как мужик-строитель, опрокидывать в себя беленькую? Рина хмыкнула, представив себе эту картину - нет, кишка тонка. С Гагой она бы так определенно не смогла!

Рядом с Гагой ей всегда хотелось быть самой прекрасной на всем белом свете
царевной-королевной. Самой сексуальной и привлекательной. Гагу хотелось
все время очаровывать и соблазнять... И не то, чтобы она это делала
специально. Просто почему-то рядом с Гагой мгновенно включался режим самой
эротичной и обольстительной в мире. Это было ее естественным состоянием...
Так вот само собой получалось.

"Вот и выходит, - думала Рина, даже не поморщившись хлопнув очередную
рюмку, - что с разными людьми, мы со-вер-шен-но разные... Для одного я,
как мужик-тракторист после вспашки поля, а для другого - самая что ни на
есть прынцесса со всеми признаками нимфомании... хех, на белом коне".

Сидели они с Сержем не в зале, где все танцуют, а в баре, там, где можно
было не только пить, но и есть. Хоть Рина категорически отказывалась от
еды по причине полного отсутствия аппетита, Серж все же заказал закуски,
включая горячий сочный стейк с отличной порцией салата из свежих овощей с
оливковым маслом.

- Серж, ну чего ты стол едой завалил, мы сюда, что ли, есть пришли? -
ворчала Рина.

- Рин, ну ты ж такая интеллигентная девушка, ну кто ж пьет водку без еды?
Это  некультурно...

- Я пью. Веришь, иногда так хочется быть именно некультурной. И вообще, кто меня тут культурой вздумал попрекать? Человек из леса? - Рина подняла на него свою бровь, затем указала на рюмку. - Наливай. Не суди, да не судим будешь...

Вдруг без всяких преамбул Рина спросила:

- Ты Светика помнишь?

Серж кивнул.

- Какое у тебя от нее впечатление? Она тебе понравилась?

Серж задумался:

- Хм, пожалуй, понравилась... Очень привлекательная внешность. Уникальная.
Может легко выдавать себя за юного и, заметь, прекрасного мальчика. С
таким лицом ей определенно надо было на актерский факультет идти. Eе бы
заграбастали и с руками, и с ногами и даже бы отсутствие голоса простили.
Что еще?.. Судя по всему, сложная, эмоциональная натура - не простушка.
Что-то в ней есть. Какая-то тайна, какая-то сумасшедшинка.

Рина вдруг странно рассмеялась:

- Да, это ты очень верно подметил - сумасшедшинка в ней определенно есть.
Она реально двинутая на всю голову.

Серж недоуменно посмотрел на нее:

- Что произошло? Она что-то сделала?

- Как оказалось, у нее ко мне серьезное чувство. Любовь с большой буквы.

- Вот как? - Серж, чуть удивленно приподнял брови. - Ну, Рин, это
нормально. Нет ничего плохого в том, если одна красивая девушка влюбляется
в другую красивую девушку.

- Согласна, ничего плохого в этом нет. Проблема только в том, что ее
чувства односторонние.

- То есть тебе она не нравится.

- Ни в малейшей степени. Люблю я совершенно другую девушку. А к этой не
испытываю никаких романтических чувств. Только досаду.

- А ты ей об этом сказала?

- Разумеется. Совершенно четко, ясно и определенно.

- Значит, все должно быть нормально...

- Да, ты абсолютно прав, Серж. Должно быть все нормально, но ничего
нормального не происходит, потому что она нe соглашается с моим отказом.

- О... это, конечно, крайне неприятно, но еще не повод так сбрасывать в
весе. Ешь давай, - Серж, отрезав и наколов вилкой кусочек стейка, отправил
его Рине прямо в рот, причем та, будучи погруженной в свои мысли, даже не
обратила на это внимание.

- Слушай, - продолжил свою мысль Серж, - а как она это несогласие
проявляет? Что она делает?

- Светик много чего делает. При последней нашей встрече она мне вместо
обезболивающих таблеток подсунула наркотик.

Серж изменился в лице:

- Какой?

- А хер его знает, какой... Я в медикаментах вообще не рублю, но крышу мне
сорвало мощно.

- Какое было действие?

- Полная потеря контроля над своим телом. Отсутствие воли. Животное
желание секса.

- Силы небесные... а потом? - потерянно спросил Серж.

- А что потом? Потом она меня имела, как могла, в течении нескольких
часов. За это, кстати, я ее не обвиняю, потому что если бы она этого не
сделала, а просто бы ушла, оставив меня одну, я, наверное, точно б сдохла.

- Тебе было плохо или больно физически?

- Было. Но не настолько, чтобы это меня покалечило.

- Это хорошо, то есть было бы ужасно, если бы она нанесла тебе увечья.

- До этого не дошло...

- Рина, а как ты сейчас себя чувствуешь? Как ты все это пережила и что
теперь думаешь? - в процессе разговора Серж скормил ей половину стейка.

- Хм, как я себя чувствую... Мне мерзко. Не имела она никаких прав так со мной поступать. Знаешь, в сексе между взрослыми людьми я приемлю все. Но только если это "всё" с обоюдного согласия. Иначе, как ни крути, а это насилие.

- Ты ее теперь ненавидишь?

- Не знаю... как объяснить то, что я испытываю к ней.... сложное чувство.

- Рин, ты же понимаешь, что если она пошла на такой отчаянный шаг, то это
ведь не шутки ради... у нее реально голову сорвало.

- Да понимаю я все! Но мне-то от этого совсем не легче! - глаза Рины
лихорадочно сверкнули. - Женщина, с которой я хочу быть, которую я обожаю,
боготворю, которую я люблю... она отвернулась от меня! Она... Она просто
сказала это свое ужасное гребаное "прощай" и ушла! Ушла! Не оборачиваясь.
А мне плохо, мне очень-очень плохо, я дышать не могу! - Рина вдруг, открыв
рот и задрав подбородок вверх, разрыдалась, как маленькая, пятилетняя
девочка.

- А я никого не хочууу, я только ее хочууу... Никого мне, кроме нее, не
нааадо, - всхлипывала она. - Я готова с ней всю свою жизнь жить и на руках
носить, ааа из-за гребанного Светика, моя жизнь разрушена. Гага ко мне уже
не вернется...

Что уж Серж мог на это ответить? Он просто заказал и поставил перед ней
чашку крепкого черного кофе. Сделав несколько глотков, Рина поднялась:

- Серж, я отлучусь в туалет, - все еще всхлипывая сказала она, - мне
надо... носик припудрить.

- Тебе нужна моя помощь?

- Нет, Серж, пудрить носик, я пока еще в состоянии сама, - взяв сумку, она
вышла из зала.

Туалеты были расположены близко к выходу. Не вполне устойчиво проходя по
лобби, Рина заметила у дверей высокую, стройную, очень знакомую
широкоплечую фигуру. Обойдя парня и увидев очаровательное лицо Мишки, она

с радостью поняла, что не ошиблась. Мишка, узнав ее, широко улыбнулся,
сверкнув точно такой же, как и у Гаги, сексуальной ямочкой на щеке.

- Рина! - он немедленно обнял ее и даже покружил от радости. - Как же
хорошо, что я тебя встретил! Ты как?

Голова Рины сильно закружилась, чуть потеряв баланс, она, тесно прижавшись
к Мишкиной надежной груди, уткнулась ему в плечо.

- Да как, Миш? Честно сказать? Как говно... Вот, по старой народной
традиции горе водкой заливаю.

- Молодец, это ты правильно делаешь, - похвалил ее Мишка, - народные
методы самые действенные, обязательно поможет... - только, Риночка, с кем
ты? Ты ж сaма домой не дойдешь, тебя отвезти?

- Не, мне сейчас домой нельзя - там в одном доме меня маньячка поджидает,
а в другой дом тоже нельзя - там здоровенные фикусы от моих испарений
сдохнут... они очень восприимчивые создания.

Мишка непонимающе посмотрел на нее: "Во дела, до глюков допилась..." -
 подумал он.

- Рин, кто тебя сопровождает, ты здесь не одна?

- Не переживай, со мной Серж, он хороший человек.

Обняв похудевшую, тоненькую, с бледным лицом, еле держащуюся на ногах от
всего выпитого девушку, Мишка просто поверить не мог, что это Рина. Как
она могла всего за несколько дней столь драматично измениться? Сестра,
разумеется, тоже в последнее время никак не входила в категорию цветущих,
но Рина что-то уж совсем сдала. Успокаивающе он похлопывал ее по спине:

- Рин, так нельзя, вам надо обязательно поговорить с Галей... Вы ж себя в
таком режиме до комы доведете.

- Миш, ты думаешь, я против? Я всеми руками за, но она не захочет теперь
со мной разговаривать. Она сильно на меня обижается.

- А ты ее обидела, Рин?

- Да. Но я не специально ее обидела. Я б никогда в жизни не обидела Гагу. Я люблю ее, Мишка, но... так получилось. A oна за все это время ни разу мне не позвонила...Потому что презирает меня. Oна ведь такая гордая, - Рина вдруг с надеждой посмотрела на парня. - А ты сейчас здесь с кем? С ней?

- Нет, я с Женькой, он в туалет отлучился, мы уже уходим, у него завтра
утреннее дежурство... Рин, позвони Галке, поговори с ней.

- Миш, а она тебе хоть что-нибудь обо мне говорила?

- Она молчит. И не просто молчит - она опасно молчит, то есть даже своей
любимой Женьке в жилетку не плакалась. Полностью замкнулась в себе. С утра
до ночи работает, а когда дома - сидит на кровати, медитирует на твоей
фотографии и тяжко вздыхает.

При этих словах глаза Рины потеплели:

- Она смотрит на мою фотографию? - восторженно прошептала она. - И
вздыхает? А долго смотрит?

- Долго, пока не уснет.

- Божечки... А вздыхает глубоко?

- Да, глубоко и тяжко.

- Вот так? - Рина глубоко вздохнула, испустив при этом легкий стон. -
Похоже получилось?

- А можешь повторить?

Рина, набрав полную грудь воздуха, еще раз печально вздохнула, застонав чуть более громко. Мишка с совершенно серьезной миной внимательно прослушал вздох:

- Очень похоже, только у Галки звук стенаний еще более печальным получается, вот так, - Мишка, подняв брови домиком, как у Пьеро, с выражением полнейшего отчаяния на лице издал чуть ли не предсмертный хрип.

Рина от восторга аж рот открыла:

- О... так вот, как она делает?

- Да, почти... - он сокрушенно кивнул. - Я немного-таки недобрал, но, в
целом, получилось достаточно близко к оригиналу.

- Слушай, а на какую из моих фоток она смотрит?

При этом вопросе Мишкин взгляд на секунду застыл:

- Эм... на очень большую. На полстены. В ее комнате висит.

- Портрет, что ли?

- Ну, не совсем портрет, но ракурс тоже очень удачный... крупным планом.
Она ничего ни ест, ни пьет, вздыхает, глаз с твоего изображения не сводит.
Страдает, в общем.

Взгляд Рины вновь стал грустным:

- Мишка, а почему ты думаешь, что она страдает?

Мишкин тон вдруг посерьезнел:

- Да потому что любит она тебя, дурашка.

После этих слов Рина, повиснув у Мишки на шее, как будто впала в транс.
Просто зверски захотелось увидеть Гагу. Обнять ее. Почувствовать ее
бархатную кожу, зарыться в ее волосы, ощутить на себе ее волшебные,
умеющие прикасаться руки. Для Рины в Гаге все было волнующе прекрасным.
Абсолютно все: от ключичной ямки, до звука хрустящей, наглаженной
блузки...

- Она никогда не говорила мне о том, что любит меня. Ни разу, - прошептала
Рина.

- А ты ей об этом говорила? - Мишка, приподняв со своего плеча Ринину
голову, пристально посмотрел ей в глаза.

- Нет, не говорила, - тихo вздохнула она.

- А почему?

- Все казалось, что еще не настал правильный момент, а когда момент
наконец-то настал, то было уже поздно.

- Ох, девчонки, какие же вы все-таки сложные... Рин, поверь мне, о своей любви никогда не поздно сказать, даже если ее и не примут. Вам необходимо с Галюхой поговорить. Обещаешь?

Рина тихо кивнула.

- Вот и молодец, - он мягко поцеловал Рину в лоб. - Я пойду Женьку поищу,
а то он где-то потерялся.

- Подожди минутку, - Рина обхватила его лицо, - дай в твои глаза посмотрю
еще немного... Удивительно, у вас с Галочкой абсолютно одинаковые глаза.

Невероятно похожи...

Как раз в этот момент к ним подошел Женька. Узнав Рину, он тепло улыбнулся
и, подойдя к ней со спины, нежно обвил свои пластичные руки вокруг ее
тонкой талии:

- Риночка, ну разве ж можно так надолго пропадать? Ведь мы же по тебе
скучаем... а Галчонок, так и вообще скоро мозгами тронется, а если и не
тронется, то ослепнет на твою фотографию ночи напролет залипать...

Мишка, обратив внимание на Женькины руки на тонкой талии, недовольно
вскинул бровь:

- Ну ни фига себе? Я вообще-то тут ее первый обнимал, неужели ты этого не
увидел?

- Увидел... а что? - не понял сэнсэй.

- То есть как это, что?! Да ты должен был немедленно меня обнять. Меня, понимаешь? И при этом ты должен был оттащить меня от нее и сцену ревности закатить.

- Да? - удивился Женька. - А это как?

- Это так вот грозно посмотреть, - Мишка, приблизив к Женьке свое скуластое лицо, яростно, но при этом так мило сдвинул брови, - и сказать что-то типа того, мол, да как ты посмел, бабник такой, я только на
минуту отлучился в туалет, а ты уже с красивой женщиной зажимаешься?! Вот

как надо было сделать, Женечка. А то получается, что тебе на меня совсем
наплевать!

- А, понятно, - понимающе кивнул Женька и, не переставая обнимать Рину и
более того, крамольно прижавшись к ее щеке своей, тихонько сказал, - Рин,
мы с тобой давно не танцевали, надо это обязательно исправить, да?

- Обязательно, Женечка, и чем скорей, тем лучше, - согласилась Рина.

- Договорились, - он мягко потрепал ее по волосам.

После чего сделал стремительный шаг к Мишке и, схватив его одной рукой за
грудки, резко притянул к себе:

- Я всего на минуту вышел, a тебя сразу же на девушек потянуло?! - он угрожающе прищурил свои глаза. - Да как ты посмел, неисправимый бабник, за это ты мне заплатишь!

Мишка с полнейшим обожанием смотрел в огромные, стального цвета грозные
глаза:

- О, дорогой, ей-богу, ты все неправильно понял, - начал он виновато
оправдываться, - мы с ней просто друзья. Я только тебе предан и душой, и
телом...

- Пойдем! - приказал Женька, заломив Мишкину руку за спину, на что Мишка
ойкнул и прикусил губу вроде, как от жуткой боли, хоть больно, разумеется,
совсем и не было.

- Куда?!

- Будешь сейчас доказывать мне свою преданность.

- Ой, я полностью согласен, хотя и страшно... а как?

- А так, что завтра за компьютер свой не сядешь, стоя будешь работать.

Мишка умоляюще распростер в сторону Рины свою свободную руку и испуганным
шепотом, но с неимоверно счастливой улыбкой, взмолился о помощи:

- Рина! Пожалуйста, свяжись с Галкой! Скажи ей, что eе брат является
жертвой домашнего насииилия! А еще лучше - просто приезжай завтра вечером,
хорошо?

Женька, соглашаясь с Мишкиными словами, кивнул и добавил:

- Рин, если ты в ближайшее же время не объявишься, Галина Алексеевна
реально и себе, и нам с Мишкой за компанию харакири сделает...

- Еще как сделает! - вставил свои пять копеек Мишка, - а я ведь так молод,
чтобы умирать! Я слишком красив, чтобы умирааать...

Женька одной рукой закрыл ему рот, а другой прижав к себе, договорил свою
мысль:

- Короче, нам ждать надоело. Атмосфера в доме очень напряженная. Времени
тебе даем один день. Если сама не придешь, мы с Мишкой тебя по рукам и
ногам свяжем и приведем поневоле. Я предупредил.

Рина, чуть подпрыгнув, обняла их обоих за крепкие шеи:

- O, oбожаю вас, пупсики! Mогу пообещать вам, по крайней мере, одно - в
понедельник я однозначно выйду на работу и увижусь с ней, а там уж, как
бог даст.

***

Конец главы 26