Chapter 13
Скандаль, Федя, скандаль
Eva/Flora
— Ты что ему обо мне наплести успел? — подойдя ко мне вплотную, Райан борзо
толкнул меня плечом, явно нарываясь. Фу, от одного лишь голоса этого говнюка меня начало подташнивать.
— Кстати, а что там насчет моего предупреждения не подходить, не общаться и не
прикасаться ко мне? — отпихнув его в ответ своим плечом, я закурил новую сигарету.
— Вы только посмотрите на него, — продолжал наезжать Райан. — Решил, что ты у
нас тут самый умный и неотразимый? Не слишком ли ты высокого о себе мнения?
— вырвав из моих губ дымящуюся сигарету, он со злобой вдавил ее в стенку в
сантиметре от моей щеки. — Ах ты ж хитожопый ублюдок... гаденыш мелкий, специально его против меня настраиваешь? Ну ничего себе, как интурист красиво на чисто русском глаголет! Меня не столько его борзый наезд поразил, сколько знание наших ругательств и сленга. Акцент еле заметный присутствовал, но очень сомневаюсь, он язык в универе выучил... Чтоб так говорить надо русскую речь слышать с самого детства, впитать с молоком матери. Может, у него мамка наша? Или нянька? Впрочем, удовлетворить своего любопытства я не мог. Ситуация не располагала.
— Райан, тебе бы нервишки подлечить... Что ж ты так себя не бережешь-то?
Паранойя в столь запущенной форме, а ты еще и работать пытаешься? Ты б сходил к психиатру, ей-богу, может, еще не поздно помочь? Хотя, вряд ли... Похоже, необратимые процессы распада личности идут полным ходом.
— Прекрати паясничать, шут, или я тебя уничтожу. Так уверен в себе? Думаешь,
втоптал меня перед Карлом в грязь, и тебе ответочка не прилетит? Ну капееец... Райан-то, походу, и впрямь с шизой. Я невольно на него вылупился — если честно, еще ни разу по-настоящему сумасшедших не видел:
— Слушай, уважаемый, а с чего ты вообще взял, что мы с Карлом о тебе
разговариваем? Поверь, у нас есть другие темы для общения.
— Если бы ты его против меня не настроил, он бы так сильно не изменился!
Говорит сквозь зубы и едва на меня смотрит! Что? Что ты ему сказал, говна кусок!
— он толкнул меня еще раз, причем довольно крепко.
— Силы небесные, да у нас тут классический нарциссист в чистом виде
нарисовался! Хах, делать мне больше нечего, как только о тебе, бесценном, разговаривать. Да чтоб ты знал, я о тебе даже не думаю! Понимаешь? Вот сейчас ты здесь есть, а через секунду выйдешь, и будто бы и не было тебя вовсе. И знаешь почему? Да потому что мне на тебя насрать. В моей жизни нет места для тебе подобных. Ты для меня не существуешь. Пустое место. Андерстенд?
— Какая же ты сука, — схватив меня за горловину водолазки, прошипел Райан.
Размахнувшись, он совсем уж было собрался зарядить мне кулаком в физиономию, но не успел. Внезапно, и при этом совершенно бесшумно, в дверном проеме курилки появилась высокая фигура Карла. На какое-то мгновение он замер, удивленно вскинув брови. Похоже, он довольно быстро переварил представшую перед ним картину, — выражение его лица резко изменилось. Взгляд Карла потемнел... Я и не предполагал, что он способен выглядеть настолько устрашающе. Именно этот
взгляд и остановил направленный в мою челюсть кулак Райана.
— Что здесь происходит? — рыкнул Карл.
Он во второй раз поразил меня своей способностью развивать, когда это в его интересах, просто феноменальную скорость. В мгновение ока оказавшись подле нас, он схватил нацеленный в мою рожу кулак, и сжав его до хруста, словно железными клещами, опустил вниз. Райан сразу же утратил всю свою борзость — цвет его испуганной рожи, вероятно от испытываемой им боли, удивительным образом переливался из красного в синий и наоборот.
— Я спрашиваю, — сквозь зубы повторил Карл, — какого хрена здесь происходит?
— вопрос прозвучал реально зловеще, думаю, даже если бы Карл орал, эффект бы
не был настолько мощным.
— Карл, как ты со мной разговариваешь? — Райан мгновенно перешел на
английский, но я сумел различить в его интонации горькую обиду. Надо же, какой актер пропадает! Нет, реально великолепные актерские данные. — Тебе стоит не мне вопросы задавать, — продолжал Райан с чувством оскорбленного достоинства,
— а вот этому своему новому любовничку.
— А ты, значит, тут совсем ни при чем? — уголок губ Карла презрительно
дернулся. — Ну разумеется, именно поэтому ты схватил его за воротник и пытался ударить? Да как ты только посмел к нему прикоснуться, тварь?! Я же предупреждал! Но, как видно, нормального обращения ты не понимаешь? — четко чеканил Карл, я даже и не почувствовал перехода на английский, настолько ясно он излагал свои мысли.
— Карл, ты попался в его ловушку... Неужели не видишь? Он всё подстроил, —
растерянно затрепетав ресницами, пролепетал Райан, готовый в любой момент пустить слезу. Его голос драматично дрогнул. Вот же падлюки кусок... И в самом деле обладал ярким талантом: — Он это делает специально, чтобы очернить меня в твоих глазах! Он ведь просто использует тебя. Как ты со своей проницательностью позволил ему манипулировать собой? Ну, тут меня как бы всё окончательно достало... И на хрена я, вообще, припёрся в эту долбанную курилку? Курение — зло! В одно мгновение я сделал то, чего не мог толком сделать последние два года — я выбросил пачку Кемела в мусорку, раз и навсегда решив завязать с курением.
— Знаете, что, — устало вздохнул я, — отстаньте вы от меня оба. Задолбали, блин...
— поправив растянутую горловину, я, развернувшись, направился прочь из
курилки.
— Ты только послушай, как он с тобой разговаривает! — до моего слуха все еще
доносились возбухания Райана. — Он не проявляет к тебе ни малейшего уважения. Просто не понимаю, почему ты так в нем заинтересован? — я постарался ускорить шаг, чтобы не слышать этого вонючего верещания. Невольно возникло желание гордо уйти. Бросить работу и забыть всё произошедшее. Но я не ушел. Мне прям вот даже было интересно посмотреть, чем же вся эта фигня закончится. Неужто Карл и впрямь, такой болванище, которого легче простого облапошить? Райан действительно крутил им как хотел, упаковывая ему в голову только те мысли, которые, с Райановской точки зрения, Карлу дозволялось думать. А Карл с готовностью сжирал всю ту говняную кашу-малашу, которую его так называемый бывший ему вскармливал. В общем, не стал я гордо удаляться, преисполненный чувством собственного достоинства. Какого черта я должен облегчать им жизнь своим уходом? Ничего плохого, подлого и неправильного я не делал. Так почему же только мне
одному должно быть так дискомфортно? Из нас троих именно они не правы. Сами себе под попы кнопок накидали, пусть ёрзают теперь на своих стульях и находят выход из неудобного положения. А я в сторонке посижу спокойно, понаблюдаю. Откровенно говоря, произошедшее поражало своей абсурдностью до такой степени, что я даже и не слишком расстроился. Не то чтобы мне было всё равно, конечно, нет. Просто... не почувствовал всей серьезности ситуации, настолько она была нелепой, незрелой и по-детски глупой. Наоборот, меня эта скандальная перепалка с Райаном, размахивающим кулаками, и ворвавшимся разъяренным Карлом, по-своему, развлекла. Словно я выпал случайно из реальности и приземлился в партере любительского театра на премьере трагикомедии с элементами махрового фарса. Согласитесь, серьезно к этому относиться крайне сложно. Я вернулся на свое место, заварил себе чаю с бергамотом — к сожалению не по бабулиному рецепту, но тоже неплохо, так сказать, нон алкохолик опшн. Слопал Шахерезадин имбирный пряник, офигенно, кстати, вкусный, и средняя температура моего настроения несколько повысилась. Получил сообщение от Анны Игоревны и ее команды о проделанной ими работе в апартаментах Карла — к часу дня они полностью завершили и уборку, и глажку, и готовку. Всё было сделано в наилучшем виде, даже видео мне в подтверждение прислали, за что им большое спасибо — избавили меня от необходимости переться туда с личной проверкой. Потом, так как распоряжений от моего начальника никаких не поступало, я, особо не афишируя, начал подготовку к моему последнему экзамену — по скульптуреипластическойанатомии. До него всего два дня осталось, так что времени для страданий разбитого сердца и соплежеваний у меня попросту не было. Грыз гранит науки часа два подряд продуктивнейшим образом, пока вновь не подвергся нашествию благородной четы удавокролей.
— Федюня, — заговорщически подмигнула Оленька, — пойдем на перекур.
— Нет, я уже не курю и сиги выбросил.
— Ну так и я не курю, это ж просто предлог выйти и поболтать, — сумничал
Кролик.
— Не хочу к курилке приближаться, у меня от нее слишком некомильфовые
ассоциации.
— Федор, отдаляешься от коллектива, нехорошо это. Ладно, тогда тут рассказывай.
Я недоуменно на них уставился:
— Чего пристали? Хотите мои прянички отжать?
— Разумеется, — с благодарностью на лицах они взяли по прянику. — Но еще
больше нас интересует, что с нашим Карлом приключилось.
— Блин, ну вот опять, ребята, да не знаю я!
— Открой тайну, не будь таким жмотом, а то мы до конца рабочего дня поседеем от
любопытства.
— Я его сегодня и не видел толком! Буквально мельком, в курилке.
— Ага... — Удав прищурила глазки, — а вот это уже интересно. В курилке они
увиделись, после чего ты курить бросил, а Карл в аэропорт уехал...
— Как в аэропорт? — на секунду мне стало немного дурно... — А Райан?
— Да в том-то и дело, — Олька таинственно понизила голос. — Они вдвоем уехали.
Неужели ты не знаешь подробностей? Вы же вместе в курилке тусовались, наверняка тебе что-то известно?
— Подождите, — навалившееся количество чрезмерно нелогичной информации
неприятно сдавливало мозги. — Как это уехали?
— Карл, хмурый как грозовая туча, того и гляди молнии из ушей заполыхают,
промаршировал на выход вместе с Райаном, — объяснил Славка. — Только Райан не рядом шел — Карл его тащил за руку! Это было то еще зрелище. Карл — прёт, как разъяренный танк, а Райан за ним бежит-спотыкается, едва поспевает и лопочет что-то, кажется на французском. К сожалению, моих знаний не хватило, чтобы понять всё, он общий смысл примерно таков: мол, ты совершаешь роковую ошибку, этот проходимец тебя облапошил, отец будет крайне недоволен... Короче, вообще ничё толком не ясно. О ком это он?
— Ага... а почему вы, собственно, решили, что они в аэропорт поехали? Может, они
к клиентам опаздывали?
— А вот и не угадал, Феденька, —тонко улыбнулась Оля-Удав. — Карл попросил
меня забронировать билет на вечерний рейс до Эдинбурга. Что я и сделала.
— Черт... — растерянно пробормотал я. Новости оказались действительно
неожиданными и лично для меня до жути неприятными. Скрестив руки на груди, я задумался:
— Но Карл не мог оставить компанию и так просто вот взять и уехать! Он ведь
такой педантичный, скрупулёзный, реальный контрол-фрик! Подобное вообще не в его характере. С какой это радости они вдвоем укатили?
— Да в том-то и дело, что не вдвоем...
— Оля, ты меня вконец запутала! — я недоуменно на нее уставился. — То вдвоем,
то не вдвоем... Объясни уже толком!
— И чего ты так нервничаешь? Нормально я объясняю. В аэропорт поехали они
вместе, но билет Карл попросил меня забукировать только на имя Райана. Чего тут непонятного? Или тебe лучше азбукой Морзе просигналить? Уехали oни три часа назад, я так полагаю, прямым ходом в аэропорт, на регистрацию. Самолёт отлетает буквально через десять минут. Если без всяких задержек, то вернется твой Карл... думаю, где-то через час. Не переживай ты так, скоро уже будет. Тьфу ты блин... лучше бы я послушал совета бабули и посидел еще немного на больничном. Какого лешего я вышел на работу? Ради вот этого вот всего? Нет, утро началось довольно-таки мило. И удовокролики, и Шахерезада с пряниками... Наговорили мне кучу приятных вещей, чуть ли не убедив меня в моей значимости. Наверное, я просто излишне восприимчив к лести? Раньше-то меня дифирамбами никто не баловал, а тут вдруг столько интересного на меня обрушили, повысили мою самооценку, вот я и поплыл... И впрямь ведь уверовал в свою способность позитивного воздействия на настроение Карла. Но хорошего, как известно, понемножку, — так приятно начавшийся день грозил закончиться полнейшим говнищем. Стоило мне почувствовать себя немного лучше, как бац, буквально в следующий же момент на меня налетел этот придурок Райан — за грудки хватает, в морду целится... Хорошо, что Карл вовремя появился, иначе неизвестно, чем бы наша перепалка с Райаном закончилась. Я в любой момент готов был потерять самообладание. Устроили бы весьма неприглядный эль скандаль при посторонних. Вот бы потом позору было, чур меня, чур... Ну и что теперь? Вообще ничего не понятно. Я-то гордо удалился, но, если честно, глубоко в душе надеялся на определенную реакцию со стороны Карла. Думал, он найдет способ со мной связаться. Может, подойдет ко мне или к себе вызовет,
может, напишет чего или позвонит, на худой конец. Но ничего из этого не произошло! Сколько часов я постигал таинства скульптуры и пластической анатомии? Кучу-кучную! Даже успел пару сочных фреймов манги моей нарисовать по мотивам эпизода в курилке. В облачках появились весьма колоритные «Бац», «Хрясть», «Жмяк!», «Херррак!», отображающие суть произошедшей сцены... И что?! За всё это время ни одного сообщения паршивец не прислал! А зачем ему обо мне думать? Он ведь с Райаном своим распрекрасным по аэропортам прохлаждается. Хрен знает, чем они там заняты... Возможно, Карлу и удастся запихать своего бывшего в самолетик и отправить восвояси, было б, разумеется, замечательно, но гарантий абсолютно никаких. Если учитывать актерский талант этого мелкого пиздюка, его очарование и высокую способность к манипулированию — лично у меня сомнений нет, он вполне способен разжалобить Карла и капитальнейшим образом запудрить ему мозги. Будет взывать к его чувству вины, ответственности, клясться в любви, и закончится всё тем, что они, крепко обнявшись, расплачутся светлыми слезами прощения на груди друг у друга и, держась за ручки, вернутся назад. Или того лучше, махнут вместе на пару дней в Париж на романтический отдых. Я и такому сценарию не удивлюсь... Но самое противное то, что обо мне в данной ситуации не думает никто. И максимум, что я могу, это сидеть здесь, накручивая себя до одури, и пытаться подготовиться к этому, будь он неладен, экзамену. В общем, с меня хватит — решил я ни о чем не думать. Какой смысл себя мучить? Забурился в комнату отдыха, сидел медитировал. Почти прикончил всю пачку пряников... Говорят, от нервов у людей, типа как, аппетит пропадает? Ну, не знаю, похоже, в моем случае совсем наоборот. Ровно через час по коридору раздались твердые шаги Карла. Я аж чуть в астрал не выпал от напряжения. Все-таки права оказалась Оленька со своим прогнозом на ближайшее будущее. Не зря Карл нанял ее на должность ассистента — ее внимательности и проницательности можно позавидовать.
Конец главы 13