Снежный ком абсурда

В общем, пришлось тащиться на маникюр... Только, бога ради, ничего такого не подумайте, я не завсегдатай подобных салонов.

Может, я и гей, отрицать не буду, но маникюрно-педикюрные удовольствия в моем расписании отсутствуют. Да и вообще украшаю себя минимально. Никаких цацек не ношу: ни колец, ни цепочек. Пирсинг на мочке и индастриал сверху ушной раковины десятилетней давности, кажется, полностью затянулись, ибо на заседаниях суда подобное свободомыслие не то чтобы не приветствуется — пресекается на корню! Юриспруденция, как ни глянь, штука довольно консервативная. Хорошо, хоть парики адвокатам разрешили не надевать, и на том спасибо.

Да если б работа не обязывала, я, скорее всего, вообще забил на свой внешний вид. Мне пофиг, как я выгляжу. Но судебные слушания — мероприятия строгие. Щёки, отвисшие до плеч, и рубашка, лопающаяся на пузе, не поощряются. А за ирокез цветной на голове и звон цепей под мантией могут и неуважение к суду предъявить.

Приходится и в качалку пару раз в неделю наведываться, и в бассейн. Положение обязывает. Слава провидению, зал круглосуточный у меня по соседству за углом, в минуте от моего коттеджа, иначе бы и не парился — ходил бы и без развитых трицепсов, и без рельефных кубиков. Собственно, под мантией пресса все равно никому не разглядеть, однако красивая фигура, уверенная осанка, манера держаться — всё это оказывает позитивное влияние на подсознание и судей, и присяжных. Разумеется, главное в моем деле — мозги и компетенция, но и внешность не самая последняя вещь.

Начищенные до блеска туфли, классические костюмы, крахмальные, идеально выглаженные рубашки, подкачанные мышцы, аккуратная стрижка — в моей профессии, как ни крути, психологическая составляющая успеха. В здоровом теле, здоровый дух — тут не поспоришь...

Но вот чтобы прям целый маникюр?! Нет, это уже перебор... Однако другого выхода не было. Пришлось — ногти находились просто в жутчайшем состоянии. Грязные, черные, облупленные, кожа вокруг потрескалась... А у меня слушание дела на носу! Воленс-ноленс, а надо.

И всё из-за этого гаденыша... Вот уж реально пригрел на шее змеюку подколодную! Прямо как в самом что ни на есть похабном анекдоте: возвращаюсь домой немного раньше времени, а он там, пардон, трахается. С моим секретарем. Вот же черт... Придется теперь и от секретута избавиться. С глаз подальше! Мне такие помощники и на фиг не нужны. На первых порах сам как-нибудь справлюсь, потом, даст бог, подберу себе более толкового и морально устойчивого. Хотя, конечно, без секретаря тяжеловато будет...

Блин, до сих пор в себя прийти не могу... До чего ж идиотская ситуация!

Смотрю — глазам своим не верю. В моем доме, в моей спальне, на моей кровати мой так называемый бойфренд, который всё время, сколько я его знаю, разыгрывал из себя самого утонченного мальчика с обложки глянцевого журнала, прямо-таки богемного пассива, вдруг ни с того ни с сего жарит моего секретута, как самый заправский альфа-самец! А тот ему подмахивает, подвывая. Блииин... их рожи надо было видеть, когда я открыл дверь.

— О? Тео? — мой «пассив» растерянно захлопал ресничками.

— Ты ведь на встречу выпускников уехал...

Сцен закатывать я не стал:

— Так, сучёныши, — спокойно говорю им, включая видеозапись крупным планом (ну, тут ничего не поделаешь — профессиональная деформация даёт о себе знать), — вы тут быстренько заканчивайте, трусы-ботинки в зубы — и на выход.

— Тео, ты всё не так понял...

— Лайл тяжело дышал, ибо прервали его в самом разгаре священнодейства.

— Зачем так остро реагировать? Это ведь даже и не измена! Я ж с тобой всегда снизу, а хризантема моя никем не тронута — только для тебя и ни для кого более. Я тебя люблю, в моем сердце только ты! Поверь, я даже никакого удовольствия не получил, просто так обстоятельства сложились...

— Какие такие обстоятельства?! — вдруг обиженно возмутился Роджер-секретут.

— Сам меня совратил, пообещал кучу кучную, говорил, я для тебя неземное блаженство! Мол, только со мной у тебя как штык стоит, а со всеми остальными — хомяк в зимней спячке... А я, между прочим, мистер Келли, — он перевёл на меня слёзный взгляд, — в вас влюблен по макушку, а вы меня в упор не видели...а мне так хотелось к вам в кровать, вот и попал...

— Да заткнись ты, болван, — Лайл пнул пухляша Роджера коленом под зад.

— Тео, на самом деле мы тут просто тренировались, сюрприз тебе готовили, чтобы ты что-то новенькое попробовал. Для тебя же старались! Надо же хоть как-то жизнь твою разнообразить. Прыгай к нам! Обещаю, тебе понравится!

Снежный ком абсурда катился вниз, стремительно увеличиваясь в размерах. Пора прекращать этот бредовый спектакль, иначе еще мгновение — и меня обвинят в черствости, черной неблагодарности и в неумении ценить подарки и нежную о себе заботу.

— Большое спасибо. Сюрприз действительно удался и, поверьте, я его очень оценил. А сейчас я уйду минут на пятнадцать и когда вернусь — чтобы духу вашего здесь не было. И постарайтесь сделать так, чтобы я вас больше в жизни своей не видел. Ты, Лайл, — обратился я к уже бывшему бойфренду, — убирайся к себе в квартиру. И не вздумай сюда возвращаться, номер телефона забудь. А вы, уважаемый секретарь Роджер, с этой минуты у меня не работаете.

— Но... Но... Как это не работаю? — чуть ли не с возмущением запротестовал он.

— Я ведь еще должен доработать хотя бы две недели!

— Нет, не должны. Вы срочно уволены. Дорабатывать не нужно.

— Но я не виноват! Меня соблазнили! С...совратили! Меня фактически изнасиловали! Я тут жертва! — слезно запричитал он.

— За что вы со мной так? В трудовом законодательстве нет статьи «увольнение за любовь». А со своими должностными обязанностями я прекрасно справляюсь! Такого секретаря днем с огнем не сыщешь!

— Не желаю ничего слушать. На выход. Вон отсюда оба. Но если, не дай бог, хоть один из вас попадется мне на глаза, видео с вашим искрометным выступлением заполонит просторы интернета. Уж поверьте, я найду для этого законный метод, так что рисковать не советую, — развернувшись, я вышел.

Правду сказать — отвратительная сцена. И не то чтобы я был безумно влюблен в своего партнера... Совсем нет. Страсть по отношению к нему давно не бушевала в моем сердце, но всё равно — мерзко. Скажи он мне, что ему другой нравится — сразу бы отпустил. Хоть и неприятно, но удерживать бы не стал. Да без проблем — иди, дорогой, на волю вольную. Вот тебе бог, а вот порог — лети свободной птицей. Развлекайся на здоровье с кем тебе угодно. Всё нормально и честно. Но ведь нет! Порядочно поступать мы не хотим. Гораздо интереснее из меня идиота делать... Покорнейше благодарю, козлина!

Дверью хлопать не стал. И не оттого, что пытался скрыть свои эмоции — на самом деле я попросту находился на пределе усталости. Поэтому-то, собственно, и смылся раньше времени с торжественной встречи выпускников... Дубликаты ключей, конечно же, забрал с собой, чтобы не оставлять Лайлу повода возвращаться. Ну вот честно, на все эти идиотские сцены и душещипательные беседы у меня не осталось сил. Ни психических, ни физических.

С утра — два слушания. Одно перенесли, второе — выиграл. В нашу пользу взыскали сумму долга. Потом получил исполнительный лист, отправил его приставам: пусть теперь ищут имущество, продают его и возвращают сумму. Написал еще один иск, возражения на апелляционную жалобу, ходатайство о назначении экспертизы и тэдэ и тэпэ... Вообще, куча нескончаемой бумажной волокиты.

Депрессию отхватить — нефиг делать. Рутина, однообразие и сплошной стресс, который, правда, компенсируется размером гонорара. Я как свою контору открыл, вкалывал — света белого не видел. С утра и до утра. Чем клиентов больше, тем и денег, соответственно, тоже. Из кожи вон лез, зарабатывал репутацию. И пошло-поехало. Выигранные дела — лучшая реклама. Подключилось сарафанное радио. Клиенты потекли вереницей. Даже пару-тройку крупненьких рыбешек в сети мои принесло — могу себе порой позволить и дела попроще. Но всё равно усталость зверская...

А теперь, якорь мне в дышло, еще и без помощника остался. Вот же черт! Пока нового не найду — загнусь нафиг.

Я, собственно, изначально согласился на отношения с Лайлом просто чтобы хоть немного душoй и телом отдыхать. Парнем он мне показался спокойным, миленьким, домашним... Медбратом работал, а потому и времени на разные непотребства и дурости у него вроде не было. Думаю: а почему бы и нет? Может и получится у нас с ним что-то путное?

Да, идея сама по себе неплохая: пару раз в неделю встречаться для взаимно приятного времяпрепровождения... Заметьте, встречаться, а не жить вместе! Но Лайл, как-то незаметно — у меня особо и не спрашивая — просочился на мою жилплощадь. И конкретно так в ней обосновался. Не только зубную щетку и пару трусов, а кучу вещей ко мне перетащил. Гадство! Теперь придется нанимать мувинговую компанию, пусть весь его хлам оттарабанят по адресу.

Потом он вообще оборзел: квартиру свою сдал, с работы уволился и преспокойненько уселся мне на шею. Еще и регулярно на мозги капал: то ему скучно — «поехали в Мадрид на корриду»; то грустно — «хочу в Амстердам, весёлыми печеньками подкрепиться»; то голодно — «подавай Париж и ресторан с тремя звездами Мишлен»; то холодно — «пусть шубку по спецзаказу пошьют и шапочку моднявую свяжут из хвостиков норки». То опоздал куда-то — значит, часики новые нужны, старые время неправильно показывают: «Так что будь добр, ко Дню святого Валентина под подушку Rolex положи или хотя бы Patek Philippe, какой завалящий». То бензин в машинке постоянно заканчивается — с «Теслой» бы ему, видите ли, гораздо удобнее было.

Нормально, да?

Наверно, все-таки хорошо, что свинтил я с этой нудной вечеринки и раньше времени домой приперся, застав потаскунов в своей постели. Хоть и крайне противное, но своего рода замаскированное под зло благословение. Да, так и буду к этому относиться... Благословение.

Тьфу ты, блин! Теперь придется всё нахрен выбрасывать. И бельё, и матрас, да и кровать тоже. Глаза б мои ее не видели. Распилю к едрене фене! Куплю себе новую и никому не позволю к ней приблизиться.

Никому...

Никогда...

Какие же мерзкие твари...

Вот зря я все-таки согласился взять Роджера на работу. Он мне сразу не понравился. Да, с работой справлялся, но вечно у него какие-то проблемы: то срочная консультация с диетологом, то с урологом. Как, к примеру, и сегодня — он слезно меня заверял, будто у него не терпящая промедления встреча с нефрологом. Но я ж, наивный, думаю: пусть идет болезный, поправляет здоровье. Ага, он с этим справился на ура! Почки, судя по всему, ему на ощупь проверяли — через заднюю дверь точно дотянулись.

Изначально согласился на его кандидатуру только по двум причинам, и обе, кстати, в корне сомнительные. Во-первых, меня отчим попросил, мол, матушка Роджера — его любовница. Ну как тут не помочь? Почти ведь родственники. А во-вторых, меня этот подлый сукин сын устраивал тем, что я на его рожу никогда бы не позарился. Он вообще не в моем вкусе.

Мне нравятся стройные, элегантные, с красивыми руками, и чтоб глаза такие... цепляли и притягивали. А этот — рыхленький, с толстенькими короткими пальчиками. Дело, конечно, совсем не в пальчиках, люди же не выбирают, каким им родиться... Просто Роджер — не мой типаж. Думаю: ладно, черт с ним. Можно спокойно работать и не отвлекаться. Ага, сработались, блядь...

В общем, я эффектно вышел с гордо поднятой головой, прыгнул в машину и покатил, куда глаза глядят. Как выяснилось, с горя принесло меня на побережье. Ночь, дождь, ветрище голову срывает. Но мне же всё нипочём! Дай-ка, думаю, пройдусь, мозги проветрю. Машину на стоянке оставил, а сам к морю спустился — полюбоваться двухметровыми пенными волнами, разбивающимися о скалы... Не скрою — действительно невероятно впечатляюще, хоть и жутко холодно. Всё бы ничего, да вот только вода прибывала слишком стремительно. Буквально пять минут назад бурлила в метрах пятидесяти, а сейчас — того и гляди меня с головой закрутит. И тут до моей разгоряченной башкенции дошло: останусь здесь хоть на минуту дольше красотами необузданной стихии любоваться, и завтра найдут мой посиневший труп. А самое смешное, Лайл, придурок с нарциссическим расстройством, решит, будто это я из-за несчастной любви утопиться вздумал. Ну уж нет, такого удовольствия я ему не доставлю. Надо срочно выбираться.

А как? Ступеньки, по которым я спустился, к тому времени почти полностью под воду ушли! Остался лишь один путь — карабкаться вверх по крутому обрыву, что оказалось не передать, как сложно! Не скальный, а глинистый, покрытый редкой растительностью высокий склон, под воздействием дождя весь размок. Полз я фактически по грязи. Держаться не за что — постоянно соскальзывал вниз. Докарабкался до середины и, сорвавшись, очутился чуть ли не по грудь в воде. А море у нас ледяное, градусов десять, не выше. Меня охватила прямо-таки животная паника. Эко я в натуральный экшн угодил! Краткий синопсис к фильму: приперся инфантильный романтик среди ночи на волны помедитировать, а теперь в буквальном смысле этого слова за жизнь приходится бороться.

Вот так вот по собственной тупости утонуть в расцвете сил?!

Ну уж нет, я слишком молод, чтобы умирать. Мне всего-то каких-то тридцать три! Я только-только умудрился успешную карьеру построить. Жизни еще толком и не видел, еще даже не любил по-настоящему никого! И всё?! Прямо вот в расцвете сил взять и сдохнуть?! Святые угодники... Да я едва ли не зубами вгрызался в мокрую землю! Задействовал весь свой физический потенциал, изворачивался как мог, руки буквально по локоть в глину заталкивал, только бы удержаться и не слететь обратно в воду. Сразу и Бога вспомнил, и всех святых, и выполз-таки наверх!

Чувство неописуемого восторга накатило на меня. Я не сгинул в ледяной пучине! Я смог! Я выжил!

Меня прям распирало от счастья. Стою под проливным дождем на вершине нависшей над бурлящими волнами кручи, ору как ненормальный и бью себя в грудь, точно взбесившийся орангутанг. И вдруг молния рядом со мной как шарахнет! Ох, черт, час от часу не легче.

В шаге от смерти сразу же включилась логика, и школьная программа по физике сама собой вспомнилась. Что ж ты, думаю, кретин тупоголовый, творишь? Молния стремится к земле по кратчайшему пути, потому и бьет в высокие объекты. Деревьев в округе нет, сплошной кустарник, и ты, уважаемый Тео Келли, со своими шестью футами являешься естественной мишенью! В радиусе полумили ты единственный ближе всех к грозовым облакам. Не утонул, так сгоришь! Силы небесные, сейчас же поджарят, как сосиску на барбекюшнице. Я плашмя на землю упал и по-пластунски уполз кое-как с этого холма.

Покрытый грязью, весь в ссадинах, с изодранными в кровь пальцами добрался наконец до своей Ауди А6 и в совершенно очумевшем состоянии покатил домой...

Теперь придется полную чистку салона делать, себя самого отмывать, ну и, конечно же, маникюр... Слушание завтра, а ногти мои представляли из себя просто кошмарное зрелище.

***