Не сейчас

Томми больше не стал уговаривать. Он поднял голову и, прямо посмотрев на Дилана, без предупреждения впечатался в его губы. Дилан мгновенно прекратил пытку позвоночника и, чуть ослабив хватку, замер, сосредоточившись на новых для него ощущениях. Томми жутко нервничал - впервые в жизни он сам целовал мужчину. Ему совсем не удавалось взять под контроль внутреннюю дрожь и волнение. Первый поцелуй оказался бесконечно далеким от романтически-нежного. Обхватив голову Дилана, Томми крепко целовал его с непонятной ему самому резкостью и даже агрессией. Не сдерживаясь, он с силой врывался в его рот, засасывая то язык, то губы любимого, случайно довольно ощутимо пару раз цапнул за что-то, попавшееся на пути, так, что вкус жареного бекона и сосисок, смешавшись с вкусом свежей крови, придал его первому поцелую незабываемую адреналиновую атмосферу животной страсти. Какое-то время Дилан терпеливо выдерживал сумасшедшую атаку, затем, надавив на плечи, прижал Томми к стенке. - Томми, подожди... успокойся... не кусайся, - оторвавшись от его губ, произнес он. - Смотри, вот так, помягче, - перехватив инициативу, он нежно целовал Томми, стараясь успокоить его взбудораженные нервы. Постепенно Томми перестал нервничать, его щеки вспыхнули, голова приятно закружилась, он с удовольствием ощутил накатившую на него волну возбуждения. Поцелуй активно набирал обороты, переходя в его следующую фазу. Дилан, переключившись на крепкую шею обалдевшего парня, прокладывал по нежной коже покрасневшую дорожку любовных меток, случайно оставив несколько ярких зубастых отпечатков. Не останавливаясь, он стащил с Томми свободную белую футболку и опьяненный близостью желанного тела ласкал теплую, крепкую спину, терся лицом о плечи, выцеловывал мышцы груди, всасывая и покусывая возбужденные бусинки розовых сосков. Томми от необычного, еще ни разу не испытанного им ощущения охал и ахал, запрокинув назад голову и закатывая глаза. Неожиданно он, словно о чем-то вспомнив, обхватил русую голову своего напористого любовника, принудительно отстраняя эти ненасытные губы от своих пунцовых сосков: - Постой, Дилан... - пытаясь сфокусировать взгляд, негромко, но твердо произнес он. - Подожди, мне надо тебе кое-что сказать.

- Здрасте, приехали, - возбужденно дыша, запротестовал Дилан. - Думаешь, я больной на голову мазохист? Да я об этом моменте полгода каждую ночь мечтал. Не буду я ничего ждать... - он вновь прилип к губам возлюбленного, но Томми, обхватив его плечи, осторожно развернул и усадил на стул. - Так, дорогой мой Дилан... Позволь мне произнести небольшую, но, с моей точки зрения, важную речь, - просунув колено между ног обалдевшего Дилана, он, не торопясь, потерся о мгновенно отяжелевший член. - Мне очень нравится начало твоей важной речи, - на губах Дилана заиграла довольная улыбка, его сокровище, малость возмущенное наличием одежды, тут же уткнулось в притягательную коленку. - Не отвлекайся и слушай внимательно, - Томми достал из кармана своих растянутых спортивных штанов зажатое между большим и указательным пальцами тонкое, ярко сияющее под светом лампы серебряное кольцо. - О? - Дилан удивленно распахнул глаза, он никак не ожидал от рационального Томми столь романтичного жеста. - Ой... мамочки, что ж ты со мной творишь... у меня сейчас сердце выпрыгнет. - Не знаю насчет сердца, а вот член сейчас - похоже и впрямь прогрызет твои штанцы, выпрыгнет и колено мое покусает. Скажи ему вести себя прилично, не перебивать и сидеть тихонько, когда взрослые разговаривают. - Хорошо, - кивнул Дилан, - Я постараюсь провести с ним воспитательную работу. - Итак, дорогой мой Дилан, я надеваю на тебя это кольцо, - Томми аккуратно довел кольцо до середины безымянного пальца левой руки и на мгновение остановил движение, продолжая говорить. - Ты наверняка догадываешься, что это означает, но на всякий случай я все же поясню... Более ты никогда не уйдешь не только из пряничного домика, но и не из какого другого, потому что, где бы ты ни жил, там буду я... А от меня тебе уходить нельзя. Категорически запрещается. Как бы ты на меня ни обижался, как бы ни психовал, чтоб там твои тараканы в голове ни нашептывали, как бы они тебя ни науськивали - от меня уходить нельзя. Понял? - дождавшись подтверждающего кивка, Томми проскользил прохладным серебром до основания пальца. - Ты будешь носить это кольцо, никогда не снимая. Разве только в случае, если руки в каком-нибудь цементном растворе по локоть. Тогда ты можешь его снять и надеть вот на эту цепочку . Вытащив из того же кармана цепочку, Томми повесил ее на шею слегка обалдевшего Дилана. - Это первое, о чем я хотел тебе сказать. Дилан, ты не против? - Офигеть... - полюбовавшись какое-то время сияющим на пальце кольцом, Дилан обхватил талию возвышающегося над ним парня и, притянув его поближе, уткнулся лицом в живот: - Томми, ты уже такой твердый, - он с удовольствием потерся носом о сильно выпирающую под штанами выпуклость.

- Не съезжай с темы. Просто ответь, ты согласен? Дилан посмотрел на него снизу вверх: - Конечно согласен, Томми. Целиком и полностью согласен никогда от тебя не уходить, даже если все тараканы в голове примут единогласное решение укатить на Мальдивы, обещаю, я с ними без тебя никуда не поеду, - расположив свои руки на круглых маленьких ягодицах, он с упоением мял упругие булочки. - Хорошо. Теперь еще кое что... - Еще?! Блин, Томми, ты издеваешься? - Я просто хочу сказать, что, если ты захочешь проводить время с друзьями, я совсем не против. Но по возможности, чтобы я там тоже присутствовал. Видел я твоих друзей... Классные мужики, мне понравились. Рони-шкаф прям душечка и Рики, который с тобой три дня пропил, ставя под угрозу счастье своей семейной жизни, тоже, судя по всему, молодец. Оба крутые парни, но... Так как вы ребята чрезмерно пьющие, я очень оценю, если о встречах с ними ты меня будешь предупреждать и желательно, все же, приглашать с собой. Вообще, как дом продадим, надо будет с ними встретиться и познакомиться при более приятных обстоятельствах. Дилан внимательно слушал, но, невольно проскользнув под резинку свободных домашних штанов Томми, с наслаждением сжал наливающийся и, похоже, уже навсегда забывший о своем былом бессилии, внушительный ствол. - Подожди, Дилан, - Томми остановил руку, ласкающую его возбужденный член. - Не сейчас... я еще не готов. - Не говори ерунды. Что значит, не сейчас? - Церемония консумации брака временно откладывается, - спокойно, но категорично отказал Томми. - Как это откладывается? Ты реально извести меня решил? Сколько можно ждать? Я еще полгода назад был полностью готов... к церемонии. - Я, конечно, все понимаю, но, если честно, я просто очень устал. Пока ты пьянствовал, алкашина мелкая, а потом тут двое суток реанимировался, я, знаешь ли, не спал вообще. Дом достраивал, на продажу его выставил, еще и за тобой, как мать Тереза, ухаживал. Поэтому давай для начала просто отдохнем: поспим хотя бы пару часиков, в ванне поваляемся... а потом, может, и займемся, эм... церемонией. Пойми меня и будь человеком - я вообще без сил. Не хочу отрубиться в нашу первую ночь. Дилан сокрушенно вздохнул: - Ладно, ты, как всегда прав, спешить некуда. Мое нетерпение может лишь навредить... Пойдем, - он взял Томми за руку. - Куда?

- Куда-куда, в берлогу. Тебе действительно нужно отдохнуть и набраться сил, потому что потом... - Что, потом? - Потом, любовь моя, я с тебя сутки не слезу, - уверенно, ни грамма не смущаясь, честно ответил Дилан. - Дилан, как ты можешь такое говорить! - Томми возмущенно воззрился на слегка растерявшегося парня. - Солнышко... тебя что-то обидело? - Конечно обидело, как ты мог нашу новую палаточку назвать берлогой? Старая - да, реальная берлога, не спорю, но эта же совершенно новая, поэтому повышена до ранга будуара. - О прости, а я то и подумал, как проснулся, отчего же внутреннее убранство берлоги столь преобразилось? Теперь понятно... Мон шери, позволь мне проводить вас в наш секасный будуар, где я сутки с тебя не слезу. - Ой, как страшно, - Томми чуть кокетливо пожал плечиком, - аж весь дрожу... Правда, еще посмотрим, кто с кого не слезет... В новой будуарной берлоге они, обняв друг друга, фактически сразу уснули, только Томми, перед тем как вырубиться, придвинувшись вплотную к Дилану, нежно чмокнул в нос и, не удержавшись, на мгновение прилип к губам. - Какой класс... - прошептал Дилан. - Теперь ты каждый раз так будешь перед сном делать. Обещаешь? - Каждую ночь? - Абсолютно каждую. - Даже тогда, когда будем ругаться? - уточнил Томми. - Особенно тогда, когда будем ругаться. --- Проснулись они не через пару часов, как планировали, а часов через двенадцать. Первым из анабиоза вышел Дилан, выполз из палатки, долго возился в туалете, набрал горячую ванну, потом, весело насвистывая, отправился на кухню. Сварил крепкий кофе, для Томми с тремя ложками сахара и сливками, именно такой Томми предпочитал по утрам. Поджарил пару тостов, поставил все на поднос и вполз обратно в будуар: будить любимого, откушать кофею, после чего постараться побыстрее затащить его в пенную ванну.

Уже какое-то время проснувшись, Томми тихонько лежал, прислушиваясь к звукам Дилановской утренней движухи, умиротворяющим его измученную за последнюю неделю душу. Он и сам не ожидал, насколько всего четыре дня отсутствия Дилана подкосят его психику. Сейчас же мелодичное звяканье чашек на кухне и волшебный аромат свежесваренного кофе показались ему лучше любой медитативной психотерапии. Разумеется, секрет лечебно-терапевтического эффекта заключался вовсе не в грохоте посуды, а в том, что производился он Диланом, активно колдовавшим с утра пораньше на кухне. - Наконец-то пробудился - Дилан заглянул в палатку. - Смотри, какую я тебе вкусняшку принес, - он осторожно поставил поднос рядом с усевшимся по-турецки Томми. - Все, как ты любишь. Встретившись взглядом с радостно сияющими зеленющими глазами, Томми почувствовал себя по-настоящему счастливым: - Что это ты тут мне глазки строишь? Вот же, лис-подлиз. - А я и не скрываю, - спокойно ответил Дилан. - Желаю поскорее в ванну с тобой завалиться и... потереть тебе хорошенько спинку. Я даже спать спокойно не мог, только об этом и думал. - Да неужели? - Томми удивленно захлопал густыми ресницами. - Хочешь сказать, все двенадцать часов, пока храпел мне на ухо, точно очумелый гризли, ты только и думал, как о пенной ванне? - Именно! И ты в этой ванне - распаренный, розовенький поросеночек с томным взглядом. Этот образ, преследующий меня, за двенадцать часов сна прям впечатался в мое сознание. Пойдем, мне необходимо воплотить сон в реальность, увидеть томного поросенка вживую и побыстрее сожрать его. - Тебе действительно так необходим секс? - спросил Томми, размеренно попивая кофе, неспешно намазывая тост клубничным джемом и облизывая сладко-липкие пальцы. - Прям с утра пораньше? - Ну вот, - Дилан обиженно посмотрел на него. - Я к нему со всей душой, а он у меня такое спрашивает... Конечно же, необходим! С утра и на полдник, и на обед, и ночью. Очень нужен! Но сначала, так и быть, примем ванну, я ж тебе не какое-то грязное животное. Томми, собственно, не имел ни малейших возражений против совместного принятия ванны. Под душем они и раньше вместе плескались, а вот чтобы сидеть вдвоем в ванне с пеной на голове и играться пластиковыми желтыми уточками? О боги, неужели есть те, кто способен противиться подобному соблазну? Нет, разумеется, Томми ни имел ничего против столь волнующего романтического эпизода.

- Ладно, чего расселся? Пойдем, вода, наверно, остыла, - прикончив капучино двумя глотками, он поспешно выполз из будуара. За последние полгода спартанского образа жизни такая обычная вещь, как принятие горячей ванны показалaсь им невиданной роскошью. Первые полчаса они просто наслаждались, умиротворенно болтая о всяких приятных несущественных мелочах. - Томми, а расскажи мне, если не секрет, как ты понял, что не против? - Не против чего? - Меня. Отношений со мной со всеми вытекающими составляющими. - А... - Томми задумался, неторопливо намыливая волосы расслабленно откинувшегося на него Дилана. - До меня это уже давно дошло, месяца два, а то и больше. Ты мне вдруг показался просто... жутко привлекательным, представляешь? Характер мне твой всегда нравился, еще с тех времен, как мы с тобой в филиале работали, хоть я этого никогда и не показывал. - Вот уж точно. Ты ничем себя не выдал. Информацию о том, что тебе по душе мой характер, ты не просто спрятал, а буквально захоронил в недрах подсознания. Никто не догадывался о такой многоходовке, а я так и тем более. - Не язви. На самом деле я обожаю твой характер, и если не считать последний дурацкий инцидент, живем мы с тобой замечательно, лучшего и не пожелаешь. Реально я даже не знал, что такое возможно. А вот когда ты начал меня привлекать в плане секса... Я сначала офигел. Блин, честно ничего подобного не ожидал от себя. А с другой стороны, внутреннего неприятия не возникло. Удивление - да, но никак не отторжение или там какие-нибудь негативные эмоции. Наоборот... хоть и неожиданно, но довольно естественно. Я даже обрадовался. - Томми, - Дилан поменял положение так, что теперь Томми сидел, откинувшись на его грудь, словно в удобном кресле. - Я не хочу нарываться на комплименты, но мне очень интересно, а вот что именно тебе во мне понравилось? - Совсем не напрашиваешься на комплименты? - Просто перечисли конкретно по факту, желательно во всех деталях, что именно во мне тебе приглянулось? - Абсолютно все. - Томми, не пизди, а говори правду. - А я и не пиздю, ты очень привлекательный во всех своих деталях. Красивый ты, рожа обалдеть, сплошное очарование: лисьи глазки, скуластенькая мордашка, и фигура - зашибись, тебе можно топлес для календаря сниматься. Уверен, раскупят весь тираж. Плечи, руки... Ноги у тебя, как у античного бога. И что интересно - волосы есть, но они настолько светлые, их вообще не видно. И жопа у тебя крутая. Знаешь, как часто, пока я тебе спинку тер, мне ее покусать хотелось?

- А то, что спереди? - как бы между прочим поинтересовался Дилан. - Ну, а то, что спереди - вообще нет слов для описания. - У меня на твоем фоне явный комплекс неполноценности развился, но, как бы то ни было, твой член - на зависть всем врагам. Всегда возникает непреодолимое желание его потрогать. И не только, когда мне приходится им в баночку из-под огурцов целиться, чтобы ты пожурчал, а когда... он вот в таком приподнятом настроении. Хочется ощутить его энергию. Знаешь, я теперь вполне понимаю обряд поклонения и прикосновения к фаллическим изваяниям, для исцеления и восстановления сил. - Ну так давай! Трогай его сколько душе твоей угодно и исцеляйся. - Не торопи события... - Томми, слушай, а когда же мы этим займемся? Хотелось бы надеяться на что-то более определенное. Я ведь живой человек и реально хочу тебя. Ооочень сильно. - Прекрасно тебя понимаю, я тоже не против, но ты пойми, я морально не готов. - А почему? - Как бы тебе сказать... я в этом деле совершенно тупой. Секс у меня был только с Лорой. Бывшей девушкой моего лучшего друга, с которой мы прожили ни много, ни мало семь лет. О сексе с мужчинами мне ничего не известно. Все в чистой теории в виде порно и всяких гей-рассказов. То есть это, конечно, весело и замечательно, но, насколько я понимаю, полностью оторвано от реальности. - Понятно, ты боишься меня разочаровать? - Именно, боюсь тебя разочаровать. Я не владею никакими практическими навыками. - Прям-таки вообще никакими? Томми задумался: - Фактически никакими. Могу тебя поцеловать. Могу попытаться отсосать. Ну вот, что б прям трахаться? Нет, это вряд ли. Даже подумать страшно. - Да не загоняйся ты так. Я тебе все покажу и объясню. Не нужно ничего бояться. На самом деле - вообще ничего страшного. Наоборот, очень даже классно. - Ты свой член видел? - с ноткой скептицизма спросил Томми. - Он, конечно, у тебя редкий красавчик, но он ведь устрашающе выглядит. Особенно в профиль... Это же, блин, орудие пыток какое-то! И мне, почему-то кажется, что из нас двоих именно меня ты видишь в нижней позиции. Я правильно догадываюсь? Дилан с удовольствием сжал тонкую талию парня, затем, скользнув ниже, обхватил упругие ягодицы.

- Да, ты верно догадываешься, - не сдерживая довольной улыбки, он с наслаждением сжал их. - Я дико тебя хочу и на самом деле желаю всеми фибрами своей души оттрахать... заняться любовью с тобой именно в нижней позиции. - Предчувствие мне подсказывает, что трахать ты меня собираешься совсем не фибрами души. - У тебя хорошая интуиция... Но мы с тобой не в порно рассказе. В реальности все иначе. Для начала мы можем попробовать меняться местами. Сначала ты сверху, потом я. Если ты этого действительно желаешь, то тебе разрешается использовать мою задницу сколько угодно. Хоть прям сейчас. Хочешь? Думаю, ты все поймешь, когда сам попробуешь. Что нужно делать, что ожидать и, вообще, как процесс происходит. Ну как? Готов? Хочешь меня отделать? - О? - Томми явно приободрился. - Конечно хочу. А ты часто был снизу? - Нет. Не очень часто. Если совсем честно, то ни разу. Так что в этом смысле мы с тобой совершенно равны. Но опыт сверху у меня довольно обширный, поэтому мне очень хорошо известно, что именно делать, чтобы партнер получил дозу кайфа. Свою же анальную девственность я бросаю к ногам любимого, вернее, отдаю в твои надежные руки. Магическим образом уныние Томми мгновенно улетучилось: - Ты предлагаешь заняться нам этим прямо сейчас? - Да, предлагаю заняться... именно этим... прямо сейчас. - Ты серьезно? Никогда не был снизу? И так спокойно на это соглашаешься? - Да, - Дилан с улыбкой кивнул, - так спокойно, еще и, заметь, с радостью, потому что глубоко верю, ощущения могут быть крышесносными, если делаешь это с любимым человеком. Я полностью готов. Думаешь, чего я в туалете задержался? - Он соблазнительно приподнял бровь. - Не... знаю, - Томми растерянно посмотрел на него. - Почему? - Дорогой, чистка произведена на тот случай, если ты захочешь... попробовать себя сверху. Трахнешь меня? Не переживай, ни с какими подводными минами в моей прямой кишке ты не встретишься. - О боже... ты уверен? - Думаю, да. - А если встречусь? - Ну, переживешь как-нибудь, солнышко, в любом случае презик на тебе будет. ***

Конец главы 13 И мы, конечно же, не забываем голосовать :) Автор: evaewart / Eva